Лейтенант Магу. Раскаленная пустыня

– И насчет вещей распорядись, – бросил ему Алекс.

– Будет исполнено, господин Магу.

Давая дворецкому время на подготовку комнат, лейтенант предложил подождать приезда Ивасова с «гартингом», а пока прогуляться по окружавшему особняк небольшому садику. А заодно и предстоящее дело обсудить.

– Знаешь, зачем я вас вызвал?

– Никак нет, полковник только сказал, что дело важное и очень секретное.

– Это он несколько преувеличил. Надо проверить караванную тропу через пустыню.

Лишних вопросов унтер задавать не стал.

Надо проверить, значит, надо.

– Надеюсь, – продолжил Алекс, – что наш вояж обойдется в этот раз без стрельбы. Но револьвер свой на всякий случай проверь. Вот с водой там еще хуже, чем в горах, придется потерпеть. Зато мороза не будет.

– И то слава богу, – поежился унтер.

– Начальство торопит, поэтому выезжаем завтра днем. Оружие, снаряжение и солдат для охраны получим на месте. Ты когда-нибудь на верблюдах ездил?

– Я их в глаза не видел.

– Я тоже. Всем придется научиться.

Ладно, все дела начнутся завтра, а сегодня… – Алекс сделал многозначительную паузу, – сегодня гуляем!

Секунданты от оскорбленного мидовца так и не прибыли.

В два часа пополудни жара достигла апогея, все живое попряталось в тень. Палимый безжалостным солнцем городишко на южной окраине огромной империи будто вымер в ожидании, когда дневное светило склонится к горизонту и жара начнет сменяться вечерней прохладой. Почтовая карета прибыла в Зубурук в это самое неподходящее для любой человеческой деятельности время.

Промокнув платком выступивший на лбу пот, лейтенант водрузил фуражку обратно на голову.

– Это даже не баня, это какая-то чертова жаровня.

На почтовой станции им указали направление, и всего через четверть часа они оказались перед воротами местного полка. Однако это короткое путешествие по пыльным раскаленным улочкам Зубурука всем троим далось нелегко, на белых летних мундирах выступили большие темные пятна.

Сам Зубурук чем-то напоминал Текуль, несмотря на то, что вместо широкого, полноводного Темерюка им по дороге попался узкий, полупересохший ручей, медленно несущий мутную воду по полосе сухой, покрытой глубокими трещинами грязи.

Но, судя по глубине русла, весной уровень воды поднимается на пару саженей. А в остальном такая же выжженная солнцем трава, пожелтевшая листва на деревьях и глубокая печать отдаленной руоссийской провинции на всем городишке.

Штаб сто седьмого Зубурукского пехотного полка будто вымер.