Холодильник

Там действительно было всё: начиная с хлеба и молока, заканчивая подушками, которые и были нам нужны. Как голодные дети, которых запустили в столовую, мы ринулись скупать всё, что видели. Единственное, что нас останавливало, – это цены. «Не переводите доллары в рубли», – посоветовал как-то Олег. И это было правильным решением, чтобы уберечь неокрепшие сердца от разрыва.

Дома нас уже ждал Олег.

– Ребята, я привёз вам кровати, – он довольно взмахнул рукой, словно держал волшебную палочку.

– Это наши кровати? – выговорила я и невольно приподняла бровь.

– Да! – он не переставал улыбаться. – Сейчас мои ребята сколотят две двухъярусные кровати!

– Может, не надо? – простонала Марина.

Через пару часов работа была закончена.

– Ну, принимайте кровати, девчонки! – похлопывая ладонями, пригласил нас Олег.

– А можно мы не будем на них спать?

– Это вы как хотите уже, главное, чтобы они были! Но я половину матрасов заберу – надо в другое место отвезти.

Сколоченные наспех кровати не внушали доверия, поэтому на второй этаж никто не рискнул подниматься.

– Предлагаю двоим спать на нижних кроватях, а двум другим – на оставшихся матрасах, – сказала Марина.

– Так и сделаем! – согласились остальные.

На следующее утро был первый рабочий день. Мы проснулись пораньше – нужно было ещё пробиться в душ.

– Доброе утро, малышки, – появился Влад. – Как спалось?

– Доброе, хорошо, но я всю ночь боялась, что на меня свалится второй этаж кровати, – призналась я.

– Да, я тоже, – подключилась Алина.

– А ещё меня что-то кусало всю ночь. Ноги жутко чешутся! – не выдержала я, расчёсывая ноги до крови.

– И меня! – затараторили остальные.

– Настюха, не придумывай! Меня вот никто не кусал, – ляпнул Влад, но замолчал, когда увидел мои ноги.

– Надо пожаловаться Олегу, может, какую-нибудь отраву от блох привезёт! – предложила Алина.

Раздался весёлый гудок автомобиля.

– За нами приехали! – крикнула Кристина.

Каждое утро за нами приезжал на минивэне наш водитель Бо?рис (ударение на первый слог). Украинец, который жил в США уже лет 20, но английского не знал и учить «этот чёртов язык» не собирался. Он постоянно ворчал на американцев, но всё же возвращаться к себе на родину не хотел. С утра он, как правило, уже был не в духе.

– Здрасте, здрасте, – бубнил он.