Праймашина

 – А станок не сломаем?

– Дыркователь Шпристера представляет собой сложное, но съемное устройство, которое ты сможешь насаживать… – Бенефит лихо собрал зубчатую передачу, после чего вернулся к теме: – Насаживать, когда захочешь. В общем, все, как в жизни. Дай-ка мне, братец, ключ на четырнадцать. И… – Он оглядел сарай. – И вон ту станину дай, к ней будем цепляться.

– Ловко работаешь, – с уважением произнес кузнец, протягивая Бенефиту инструмент. – Наши, гридийские, значит, ученые больше в теории сильны, вроде, как сделать, знают, а как по-настоящему сделать надо, так их нету.

– Значит, ученые ваши в другом сильны, – пробормотал Акакий, ловко разбирая станок Миллера на составляющие. – Выдумывать горазды, или еще чего.

– Болтать они горазды, – махнул рукой Подкова. – Я, признаться, поначалу тебя тоже за такого принял, за теоретика, значит. Ну и за прохиндея, само собой. У нас прохиндеи часто шлындают, город ить большой, самый в Пуще знатный… А ты ничего, работать умеешь.

– Учили хорошо, – процедил Акакий, аккуратно присоединяя к передаче прайм-воротилку.

– Чего тогда к лорду какому не прибился? Сидел бы в теплом замке, жалованье получал да умные советы простым работягам раздавал.

– Путешествовать люблю.

– А-а… – Кузнец догадался, что Бенефит не хочет вдаваться в подробности, помолчал и негромко осведомился: – Бьют часто?

– Случается, – равнодушно отозвался ученый.

– И все равно путешествуешь?

– А кто тебе тогда дыркователь Шпристера показал бы, а? Теоретики твои? – Акакий оглядел разобранный механизм, вытер ветошью руки и предложил: – Перекурим?

– Давай.

– Табаком угостишь?

– Для хорошего человека не жалко.

Вот так и завязываются отношения: покажи, что трудиться любишь, что голову не для шапки носишь, и любой приличный человек сразу назовет тебя хорошим. Потому как болтунов полно, а людей работящих – поискать. А если человек к работе годен, то плохим он быть не может.

Мужчины вышли из «тонкой» кузни, присели на лавочку и раскурили трубки.

– Ты сам-то откуда, Акакий?

– Из Базитура.

– И как там?

– Не знаю. Пять лет дома не был.

– А идешь откуда?

– Из Виндера. Жил там неделю, пока не надоело.

– У нас задержишься?

– Честно говоря, не собирался, – медленно ответил Бенефит, наблюдая за проезжающим по улице фургоном, на холщовом боку которого красовалась крупная надпись «Прими Прайм!» – свободный вербовщик отправился на дневную охоту. – В столицу хочу податься.