Ручной Привод

«Братья Хаджи-Мурат! Воздушная эквилибристика и уникальные мотоциклетные трюки!»

– Это нас Черепаныч в Воронежский цирк пристроил по старой памяти, – объяснил Бизон. – Когда надо было из Михайловской лет на десять убраться.

– А то примелькались.

– Хорошее было время. Гвоздями программы работали. В Липецке гастролировали, в Хабаровске… Нас хотели в Монте-Карло взять, но не сложилось.

– Побоялись, что мы за рубежом останемся.

– Еще в советское время было.

– Не будешь же объяснять, что мы тогда по Монте-Карло каждую ночь шарились.

– Оставь, брат Бандера, господину старшему помощнику неинтересно.

Приятели расположились на лавке, выставили на стол локти, подперли кулаками подбородки и верноподданно уставились на Виктора, всем своим видом показывая, что готовы внимать. На предплечье Бизона всеми оттенками синюшного сверкала вытатуированная фраза: «Коронован в полночь». Толстенное предплечье Бандеры украшалось зеленым драконом, прихлебывающим из пивной кружки.

Ясень медленно открыл папку, пробежал взглядом по короткому списку и поинтересовался:

– Судя по описи, где-то здесь должен стоять резервный бак.

– Забрал свой металлолом Черепаныч.

– Давно уже.

– Нам железяки ни к чему. От них уголь портится.

– Тем более двойного сечения. Она же неподъемная небось!

Слаженный хор показал, что к судьбе «емкости охладительной» приятели имеют самое непосредственное отношение.

– Резали бак здесь?

– Чем резали?

– Автогеном небось.

– А кому он резаный нужен? Так его можно в отопительную систему вклеить, благо, тепло он хорошо держит, двойное сечение все-таки…

– Дубина ты, брат Бандера, – вздохнул Бизон.

Белобрысый понял, что проболтался, и опустил голову. Виктор сдержанно улыбнулся.

– Черепаныч сказал, что бак должен быть здесь. Ему я верю. – Помолчал. – Продали?

Приятели промолчали.

– Продали. А деньги пропили.

Тишина.

– Глаза поднять!

Парни неохотно подчинились.

– Вам что, деньги нужны? Для чего имущество разбазариваете?

– Если мне чего-то не хватает, значит, я существую, – философски объяснил Бизон.

Но наглые синие глаза не соответствовали унылому тону. Плевать тощий кочегар хотел на гнев нового начальства. Захотел продать – и продал.

– Извините, – пискнул Бандера.