Пандемия. Аркада. Эпизод первый

Незнакомец помолчал, затем раскурил самокрутку – к удивлению А2, он курил настоящий табак, и осторожно поинтересовался:

– А ты действительно не девочка?

– Что вы имеете в виду? – Аккерман был так ошарашен, что даже не возмутился.

– Ну, я слышал, что некоторым мужикам комфортнее ощущать себя женщинами, и наоборот, – медленно ответил мускулистый. – Вдруг ребята из института пытаются оказать тебе услугу?

Долго, почти минуту, А2 прислушивался к себе, пытаясь понять, как ему комфортнее, затем покачал головой:

– Мне нравится быть мужчиной, особенно с женщинами.

– Уверен?

– Какая теперь разница?

– Ты только что назвал меня маньяком, – напомнил незнакомец, выпуская клуб дыма в сторону бутылок виски.

Странно, что ему никто не сделал замечание.

– Вы убьете моего лечащего врача? – А2 на мгновение воспрянул духом, но затем его плечи поникли. – Не поможет. Доктора Каплана сменит другой врач, и меня все равно сделают девочкой.

– Я умею не только убивать, – загадочно сообщил мускулистый.

– Правда?

– Как тебя зовут?

– Вы ведь знаете?

– Я знаю только А2 – так ты представился бармену.

– Алекс Аккерман, – А2 протянул руку, но она повисла в воздухе.

– Это не твое имя, – поморщился мускулистый.

– Вы слишком проницательны для человека из бара, – обиженно ответил Алекс, пряча руку под стойку.

– Проницательность не является признаком ума, образования или положения в обществе, – назидательно произнес незнакомец. – Только опыт. И в том числе – опыт пребывания в барах.

– Вы из простых работяг? – удивился Аккерман.

– Я разделывал рыбу в холодном цеху Северного моря, чистил канализацию в трущобах Варшавы, а по вечерам нацисты избивали меня за то, что я не говорю по-польски, я служил охранником в арабском борделе Бирмингема и сидел в концлагере для воронежских сепаратистов. Да, А2, я из простых работяг, проще не бывает.

– Это все правда? – поперхнулся Алекс.

– И не только это.

– Как вас зовут?

– Бенджамин Орсон. – Однако руку мускулистый не протянул. Вместо этого он бросил в бокал Аккермана бычок и махнул очередной шот. – Но друзьям я позволяю называть себя Орком.

– Почему?

– Потому что я и есть он, – объяснил Орсон, и в его глазах вспыхнули огоньки. То ли безумного веселья, то ли веселого безумия. – И все мои друзья – тоже. Мы – орки, которые вышли из грязи, но не увидели за ее пределами ничего, кроме другой грязи.