Искажение

Зиновий, которого в отражении Города звали Портным, и Юлия, вдова Александер, встретились, как туристы, – на Адмиралтейской набережной – и теперь медленно шли в сторону Английской, не останавливаясь, но и не торопясь, поскольку на Благовещенском мосту им предстояло расстаться. Их сопровождал телохранитель Юлии – ехал в машине, не приближаясь и не привлекая внимания, отчего собеседники казались влюблёнными, вышедшими в солнечный денёк на романтическую прогулку вдоль Невы.

Но так только казалось.

– Странно, что мы с вами до сих пор не встречались.

– Я – затворник, – вздохнул Портной. – Общество меня смущает.

– Я слышала, – кивнула вдова Александер. – Мой покойный супруг упоминал, что вы предпочитаете одиночество… И высоко ценил вас, Зиновий.

– Я исполнил несколько просьб баала. В том числе – весьма сложных.

– Покойный супруг рассказывал.

Несмотря на привычку постоянно ссылаться на усопшего мужа, Юлия отнюдь не была ни скромной, ни слабой вдовой. Умная, волевая и жёсткая, она ухитрилась удержать империю Аридора Александера, отбила атаку волколаков Виктора Тагара, безжалостно расправилась с пасынком, сдуру бросившим ей вызов, и стала считаться первой среди питерских Первородных.

Но как это часто бывает, внешность вдовы Александер абсолютно не соответствовала ни её железному характеру, ни крутому нраву, ни положению в обществе. Гармонично сложённая Юлия отличалась невысоким ростом и казалась скорее хрупкой, чем полной сил, болезненной и ломкой, и впечатлению этому способствовала молочно-белая кожа, резко контрастирующая с чёрными глазами – большими и выразительными, – с чёрными волосами и траурным одеянием – строгим, несмотря на лето, платьем.

Юлия любила поговорить с умными собеседниками о вещах, которые были ей интересны, но никогда не забывала о делах.

– Почему вы просили о встрече, Зиновий?

Портной кивнул, показывая, что готов перейти к серьёзным вопросам, и вежливо произнёс:

– Позвольте ещё раз поблагодарить за то, что вы согласились на неё.

– Я не могла отказать, – мягко отозвалась вдова Александер. – К тому же сегодня замечательный день и для прогулки, и для разговора.

– Для очень серьезного разговора, – уточнил мужчина и облизнул губы. – Мне нужна помощь.