Хаосовершенство

– Кажется, я упоминала, что мне известно о ваших обстоятельствах всё, – улыбнулась Агата. – А Заказчик, судя по всему, знает о вас даже то, чего вы сами о себе не знаете.

– Последний врач, который меня лечил, забрал остатки моих сбережений, – медленно произнес Кристиан, припоминая недавнее прошлое. – Но их все равно не хватило бы на курс, который он проводил. Тогда я не задумался об этом, но ваше предложение… – Быстрый взгляд на женщину. – Заказчик оплатил мое выздоровление?

– Мне об этом ничего не известно.

Несколько секунд фотограф молчал, после чего кивнул.

– Пожалуй. – Вновь отвернулся. – Значит, мое прошлое его не смущает?

– Заказчик сказал, что художник уже победил наркомана.

– Откуда он знает?

– Заказчик видел ваши последние фотографии.

– Приятно, что я хоть кому-то интересен.

– Заказчик сказал, что вы готовы создать лучшую работу в жизни.

– Которую увидит только он.

– Заказчик готов платить, – пожала плечами Агата.

– Два миллиона, – прошептал Жозе, опустошая вторую подряд банку пива. – Два миллиона…

Предложение неожиданное, необычное, дикое, привлекательное. Отобразить мир в тысяче кадров… Это вызов, пусть даже и рожденный скукой чокнутого верхолаза. Можно ли считать предложение формой работы придворным фотографом? Или это другое?

– Для альбома уже готово название, – очень мягко произнесла женщина. – Вам оно понравится.

– Назовите, – угрюмо попросил Кристиан.

– «Хаосовершенство».

Необычно, дико и привлекательно. Фотограф прищурился:

– Что это значит?

– Это значит, что очень скоро недостатка не будет ни в том, ни в другом, – объяснила Агата. – И настоящий художник должен сильно постараться, чтобы обратить все это в образы времени. – Женщина помолчала. – Вам доверено написать последнюю главу мира, господин Кук.

– Бывшему наркоману?

– Каждый мир получает того художника, которого заслуживает.

* * *

Анклав: Эдинбург

Территория: Punkground

Ночной клуб «Клещи»

Чем выше поднимается человек, тем шире его интересы

Состоявшаяся в «Эдельвейсе» встреча окончательно убедила Моратти в том, что столкновение неизбежно. Мертвый, получивший неожиданную, но оттого еще более весомую поддержку недолюбливающих его верхолазов, пойдет до конца. Правительства не уступят – у них попросту нет иного выбора.