Хаосовершенство

Темноволосая тигрица с холодным, как беспощадность Мертвого, лицом. Весьма неприветливым лицом, жесткое выражение которого, однако, нивелировала природная красота. Обаяние хищника: ты наслаждаешься изяществом, совершенно забывая о сути.

«Какой типаж!» – едва не вырвалось у восхищенного Кристиана.

Компанию тигрице составляли четверо громил в неприметных и широких кожаных куртках, под которыми удобно прятать не только дыроделы, но и «дрели». Судя по тому, как держатся, – подчиненные. Местная уголовная королева со свитой? Начальница охраны какого-нибудь верхолаза?

– Ты меня слышишь?

– Что? – Кристиан с трудом оторвал взгляд от тигрицы.

– Я сказал, что ты не очень много снял, – язвительно заметил Жозе.

– Так получилось.

От утренней охоты в памяти аппарата осталось всего два кадра: пьющий дорогое шампанское толстячок, за спиной которого завидует бродяга, да девчонка, бьющая этого самого толстяка ногой в лицо.

– Драку в ресторане уже в сеть выложили, ее кто-то из обслуги на «балалайку» снял… – пробормотал Жозе. – Но у тебя кадры отличные, возможно, купят на заставку. – Помолчал. – Кстати, из-за чего дрались?

– У паренька передоз случился.

– Это не повод.

– Он у подружки «синдин» спер. Им и вмазался.

– Прикольно… – Жозе усмехнулся, еще раз, чуть внимательнее, посмотрел на снимки, затем покачал головой: – «Синдина» сейчас даже верхолазам не хватает.

«Совсем как вышибала».

Кристиан одним глотком допил кофе и кивнул на направляющуюся к выходу хищницу:

– Видал королеву?

Жозе не сразу понял, о чем говорит фотограф. А когда сообразил, возмутился:

– Черт возьми, Крис! Ты на мели, забыл? Ты работать должен, а не метелок разглядывать!

– Тигрица… – мечтательно протянул фотограф, глядя на закрывшуюся дверь. – Тигрица…

– Успокойся.

– Я спокоен, как столб.

Хищница ушла, обед закончился, Жозе затянул привычную песню.

Кристиан взял камеру и ласково провел пальцем по крышке объектива.

– Махмуд сказал, что если ты соберешь приличную коллекцию, он подумает насчет выставки, – выложил последний козырь Жозе. – Махмуд тебя помнит и любит.

Махмуд Кеннеди, владелец небольшой галереи, их последняя надежда вырваться из нищеты.

– Но Махмуд ценитель, Крис, ему нужны настоящие работы, – жарко продолжил Жозе. – Такие, какие можешь сделать только ты.