Хаосовершенство

Вот и закончилось ночное путешествие вполне предсказуемо: двоих сняли пулеметы, один подорвался на мине, четверых, что запутались в колючей проволоке, арестовали подоспевшие безы. Теоретически – обычная попытка проникновения на режимный объект с обычным финалом, на практике – вой на всю сеть и рыдания несчастных родителей. Правозащитные организации будоражили общественность, а корпорации и СБА ушли в тень, предоставив Мертвому выкручиваться самостоятельно.

– Я думаю, нас прощупывают, – пробормотал пилот, который, как и все безы Станции, был в курсе происходящего.

– А я не думаю, – в тон ему ответил Слоновски, – я знаю.

И посмотрел на часы: пресс-конференция Прохорова должна была начаться с минуты на минуту.

– Для чего нужны настолько жестокие системы безопасности?

– Системы безопасности не могут быть жестокими. Или они есть, или их нет.

– Гибнут люди!

– Периметр Станции обнесен сотнями предупреждающих знаков, которые отлично видны и днем и ночью.

– Вот именно – не шутите! Вы что, на войне?

– Станция – предприятие повышенной опасности. Мы защищаем ее от террористов.

Аккредитацию на участие в пресс-конференции получили полсотни журналистов и целый ряд либеральных «представителей общественности», «искренне возмущенных очередной трагедией». Настроены они были совсем не дружелюбно, однако комендант Станции, Алексей Прохоров, держался уверенно.

– То есть активисты «Остановим Ад!» правы – Станция опасна?

– А разве атомные электростанции не опасны? – удивился комендант. – Любое нарушение технологического процесса способно привести к серьезной катастрофе, и мы не имеем права рисковать.

– Не отклоняйтесь от сути, господин Прохоров! Мы не слышали, чтобы охрана атомных станций открывала огонь по невинным людям.

– Попробуйте прорваться к реактору.

– Но ведь юноши из «Остановим Ад!» не приближались к Главному Энергоблоку! – с пафосом заявил Дюк, сопредседатель правозащитной организации «Свободный дом человечества». – Несчастные дети всего лишь выражали протест! Хотели быть услышанными! А в них начали стрелять!

– Запретная зона четко очерчена, освещена и снабжена предупреждающими знаками, – продолжил гнуть свою линию Прохоров.