Головокружение

Улыбающийся Чемодан, чуть менее довольный, но тоже не грустный Шпатель и сумрачные Шибзичи, уйбуи родного фюрерского клана. Шибзичи оставались единственными, кто продолжал наполнять общак оговоренными деньгами, но как долго сородичи будут оставаться верными?

– Мы верим в тебя, мой кумир!

– Да здравствует великий семейный лидер! – поддакнул Шпатель, освоивший, наконец, правильную линию поведения.

Но в ушах одноглазого звучали совсем другие слова: «Дай денег!» И замечание ехидного Иголки насчет того, что Дуричи рано или поздно сообразят, как нужно себя вести.

Сообразили, получается, и что теперь будет, даже Спящий не скажет.

– Пошли все вон! – угрюмо приказал Кувалда. – Если через фва фня не внесете в общак положенное, пеняйте на себя.

Однако в глазах уйбуев не появилось ни страха, ни обещания платить. Семья стремительно распадалась.

– А я говорил, – напомнил Иголка, крепко заперев за подданными дверь.

– Заткнись.

– Уже заткнулся, – кивнул боец. – Тока от затыкания моего ничего не поменяется.

Борзеют уйбуи, ежу понятно.

– Ты меня ежом назвал? – возмутился Кувалда.

– А тебе понятно? – дерзко поинтересовался в ответ Иголка.

– Мне понятно, что вешать тебя нафо за флинный язык.

– И кто у тебя за спиной с автоматом встанет? Чемодан, что ли?

– Чемофан – верный.

– Верные деньги приносят, а не воруют.

– Он не ворует, он просит.

– Если бы он сначала приносил, а потом просил, тогда так. А ежели не приносит, но требует, значит, ворует.

– Мля, Иголка, как тебя Копыто терпел, а? Почему не шлепнул при рожфении?

– Потому что Копыто, мля, понимал, что я дело говорю. – Иголка поразмыслил и самокритично добавил: – Не всегда, но часто. – Посмотрел на угрюмого фюрера, присел рядом и негромко, чисто по-дружески, предложил: – Давай я Чемодана завалю, а?

– Или я, – так же негромко произнес Контейнер. – Мне Чемодан не по нутру.

– Не нафо, – мотнул головой Кувалда.

– Почему?

Великий фюрер пристально посмотрел на телохранителей, поморщился и честно ответил:

– Потому что время я упустил, бойцы.

Поимел меня Чемофан, понятно? Сначала песни мне пел, кумиром называл, а теперя Гниличей всех поф себя пофмял и забурел. Если я его сейчас кончу, против меня весь клан пофнимется, и буфет в Форте война.

– В первый раз, что ли?

– Фуричи тоже против пойфут. – Кувалда почесал подбородок. – Они тоже все просекли.

– И что делать? – растерялся Контейнер.