Головокружение

 – А две подряд пули в голову гарантированно не позволили бы Алексу ответить.

– Чел плохо стреляет?

– Или мы имеем дело с показательной расправой.

Вывод оказался настолько неожиданным, что рыцари не сразу поняли, куда клонит Гуго.

– То есть?

– Нам бросили вызов, – объяснил де Лаэрт. – Чел не просто убил Алекса, он сделал это с помощью магии и тем дал нам понять, что не боится преследования.

– А это означает, что за ним, возможно, стоит один из Великих Домов, – пробормотал Борис.

– Ставлю на темных.

– Зачем навам убивать Алекса?

Иоганн пожал плечами:

– Затем, что они навы. Они наши враги.

– Если убийцу прикрывает Темный Двор, то этим занимается Сантьяга. А Сантьяга никогда и ничего не делает без веской причины. – Гуго потер подбородок и вновь посмотрел на мертвого рыцаря. – Для чего ему нужна смерть Алекса? Давайте предположения. Но версия о том, что комиссар решил нас позлить, не принимается.

– Сантьяга любит устраивать многоходовые интриги, – подумав, высказался Иоганн.

– Допустим, – согласился Гуго. – Но это означает, что навы ждут от нас определенных шагов, а что нам остается, кроме расследования? Другие шаги невозможны.

– Другие шаги – предположение, что за смертью Алекса стоят навы, – задумчиво произнес Борис. – Возникает напряженность между Орденом и Темным Двором, которая, в свою очередь, может быть интересна людам.

– Принимается, – помолчав, сказал де Лаэрт. – У людов недавно поменялась воевода дружины Дочерей Журавля, и Ярина, вполне возможно, решила устроить какую-нибудь каверзу, дабы продемонстрировать королеве свою значимость.

– Я больше верю в подлость навов, – проворчал Иоганн.

– Борис?

– Если мы и в самом деле предполагаем хитроумную интригу, то я посоветовал бы делать вид, что мы ее не предполагаем, – рассудительно ответил фон Дорт. – Мы должны проводить расследование в обычном режиме: искать мотив и вычислять убийцу по тем данным, какие у нас есть. Любые другие шаги будут на руку нашим противникам.

– Мы говорим об Алексе! – не выдержал Иоганн.

– Хочешь сказать, что мне безразлична его смерть? – огрызнулся Борис.

Напряженный взгляд, напряженные позы… казалось, командоры войны вот-вот сойдутся в схватке. Гуго приготовился разнимать своих ребят, но, к счастью, у Иоганна хватило выдержки не развивать скандал.

– Нет, не хочу. – Рыцарь помолчал. – Извини.

– Ничего, – глухо отозвался фон Дорт. – Я понимаю.