Ангел мертвеца

– Если он не богач, то, наверное, тоже робингуд: берёт у богачей, – предположил умный Жбан.

– А мы, типа, робингуды робингудов?

– Получается, мля.

– Хватит получаться, работать пора. – Штыпсель набрал номер водителя, который ожидал сигнала за рулём грузовика, но замер, услышав, что входная дверь в квартиру стала открываться. – А это ещё что?

///

– Я имею право на телефонный звонок!

– Я ведь сказал, что это право у вас никто не отнимает, – твёрдо ответил дознаватель.

Ордер на обыск был оформлен по всем правилам, операторы вели съёмку происходящего, и у хозяина квартиры не было причин отказывать оперативникам. К тому же он понимал, что угроза выломать дверь не была пустым звуком. Выломают – имеют право.

– Что вы ищете?

– То, что вы храните у себя дома.

– Вы за это ответите, – буркнул хозяин, доставая ключи.

– Сначала придётся ответить вам, гражданин Мыкольченко.

– Называйте меня полковником.

– Позвольте я сам буду решать, как вас называть.

Дверь распахнулась, и в большой квартире стало шумно и немножко тесно – в зашедшей бригаде ФСБ было не менее пятнадцати человек, в том числе – вооружённые автоматами спецназовцы.

///

В первое мгновение Красные Шапки дружно вскинули дробовики, направив их на незваных гостей, и приготовились сражаться за своё бабло.

– Давай их убьём? – кровожадно предложил обычно осторожный Коззявый.

– Сдурел? – прошипел Штыпсель. – Нам же велено без шума!

– А как без шума, если они здесь?

– И не просто здесь, мля, а притащились за нашими деньгами, – добавил умный Жбан.

– Уверен?

– А зачем ещё? Автоматы не видишь?

Автоматы спецназовцев послужили для дикарей чётким маркером того, что человские агенты прибыли решать наболевшие финансовые вопросы.

– То есть они тоже робингуды робингудов? – уточнил Козел.

– Получается, что они робингуды робингудов робингудов, – ответил Жбан. – Потому что они думают, что пришли грабить человского лоха, а грабят, получается, нас.

– Но мы не лохи, – пискнул Коззявый.

– Да, давай не будем.