Демоны Второго Города

Этаж, мимо которого они сейчас проезжали, был наполнен одинаковыми, сделанными из чёрного дерева шкафами и выглядел неожиданно мрачно для радостного и яркого острова. Ириска заметила, что некоторые шкафы перетянуты железными полосами и заперты на тяжёлые висячие замки. Другие были окружены металлическими клетками из толстых прутьев. Третьи шкафы топтались на месте, но не могли далеко уйти из-за цепей, которыми они были прикованы к полу.

В глубине крайнего левого прохода кто-то напряжённо выл и, кажется, царапал длинными когтями по каменному полу.

– Мы вообще где? – сглотнув, спросила фея. – Случайно оказались в Плесени?

– Это уровень Опасных драгоценностей, – ответила Ашуга, ощупывая рог, мимо которого промчался крылатый визгун. – Здесь хранятся проклятые сокровища, приносящие несчастье украшения, золотое оружие оборотней и любимые камни упырей.

– А летал кто?

– Павсикакий, кто тут летает? – переадресовала вопрос библиотекарь.

– И визжит, – уточнила фея.

– И визжит.

– Не знаю, – неуверенно ответил дух. – Я всегда закрываю глаза, когда он рядом.

– У тебя нет глаз.

– Тогда зачем спрашиваешь? Если у меня нет глаз, значит, я ничего не видел.

– Надо навести тут порядок, – строго произнесла Ашуга. – Вот у меня в Библиотеке такого безобразия нет.

– Неделю назад одна из твоих книг едва меня не проглотила, – тут же пожаловался Павсикакий.

– Ты же бесплотный дух! – напомнила Бронерожка. – Тебя нельзя проглотить.

– Она ухватила одно из заклинаний, из которых я состою, и принялась его пережёвывать.

– Вы ведь говорили, что в Библиотеке нет опасных книг, – напомнила Ириска.

– Думаю, то был четвёртый том «Руководства по распылению тёмных сил», – поразмыслив, ответила Ашуга. – У него иногда путается оглавление, и том начинает пожирать все заклятия, до которых может дотянуться.

– Скажи ему, чтобы больше так не делал, – попросил Павсикакий.

– А ты не летай туда, куда не просят.

– Ты же сказала, что в Библиотеке порядок.

– Вот и не нарушай его.

Тем временем они проехали страшный этаж чёрных шкафов – напоследок на них кто-то зарычал, – спустились ещё на пять уровней вниз, но до самого глубокого хранилища на минус триста шестьдесят шестом метре не добрались. Остановились на этаже, который Павсикакий назвал «Сортировочным», и с удивлением уставились на единственный предмет, который здесь находился, – гигантский чёрный фургон Захариуса Удомо.