Аркада. Эпизод третий. maNika

Иметь свой дом на острове стало престижным, иметь особняк – показателем высокого статуса, и постепенно длинный остров стал территорией миллионеров и миллиардеров, представителей богатейших американских кланов, чьи роскошные поместья говорили и о состоянии, и о родословной. Некоторые из знаменитых домов появились на острове сто и больше лет назад и оставались такими же, как при постройке, подвергаясь лишь необходимому ремонту, а некоторые фамильные гнезда возникли недавно: были возведены на месте снесенных особняков или на новых участках.

– Я его сыну отдал, внукам там раздолье по лужайкам бегать, а сам сюда переселился, – рассказал он заехавшему в гости Розену. – На светские мероприятия туда еду, глава семьи и все такое, но живу здесь, в тишине и покое.

Особняк действительно отличался небольшими размерами: всего пять спален, четыре гостиные, терраса, оранжерея, и еще семь или восемь специализированных комнат, включая бильярдную, библиотеку и оружейную. Дом для прислуги и гараж располагались у ворот. Вертолетная площадка, собственный пляж и подогреваемый бассейн олимпийского размера. В общем, ничего лишнего. Можно сказать – спартанская обстановка. Даже конюшней приходилось пользоваться старой.

– У тебя хорошо, дядя Сол, – одобрил Розен. – Тихо.

– Я знал, что ты оценишь, сынок.

– Да, я люблю тишину.

Розен, а точнее – Кастор Лукас Фредерик Розен III, президент корпорации «Clisanto», был одним из немногих стратегических инвесторов, чья семья не владела поместьем на Лонг-Айленде. Штаб-квартира его клана располагалась в Калифорнии, на Восточное побережье Розены наезжали изредка и ограничились пентхаусом в Нью-Йорке. В особняках коллег по нелегкому бремени управления планетарной экономикой Кастор, конечно же, бывал, и не раз, а вот «Аврору» посетил впервые.

– Мне нравится твой дом, дядя Сол. Он в моем вкусе.

– Ребята с Западного побережья всегда ценили новые решения.

– Классика не устаревает, но ты прав: я предпочитаю современный стиль.

– Об этом я и хотел поговорить.

– Об архитектуре? – вежливо улыбнулся Кастор.

Старик склонил голову, показав, что оценил шутку, но не улыбнулся.