Последний звонок

На стене дома слева качалась на ветру небольшая вывеска с изображением свернутого в кольцо рогалика. Обычная жестяная вывеска. Не панель, привлекающая внимание сверканием, не голографическая наклейка, не переливающийся огнями логотип известной фирмы. Просто знак. За этим знаком скрывался небольшой магазинчик, торгующий продукцией маленькой частной пекарни.

Андрей взбежал по ступенькам невысокого крыльца, покрытыми зеленым синтетическим ковролином, еще хранящем дождевую сырость, и повернул изящную золоченую ручку, открывая деревянную дверь.

Не стеклянную дверь с металлическими поручнями, распахивающуюся в любую сторону, не дверь на фотоэлементах. За дверью мелодично звякнул колокольчик, предупреждая хозяев о визите гостя.

– А-а! Андрей Карлович! С добрым утром! – хозяин пекарни, он же и продавец, радушно поприветствовал подошедшего к прилавку человека, с удовольствием втягивавшего запах свежего хлеба.

– С добрым, Густав.

– Как обычно? – поинтересовался Густав, поворачиваясь к полкам с продукцией и доставая из-под прилавка небольшой бумажный пакет.

– Угу.

– Что-то вы неразговорчивы сегодня, – заметил пекарь, аккуратно укладывая в пакет черный хлеб и пару круассанов.

– А что, я когда-то был разговорчивым по утрам? – хмыкнул Тотман, доставая деньги из бокового кармана куртки.

– Хе-хе, тоже верно. С вас два пятьдесят.

– Спасибо.

– Приятного аппетита!

Андрей вышел из магазинчика и той же легкой трусцой направился к своему дому, держа пакет на уровне груди.

У самых дверей перешел на шаг, взялся за ручку. Пересек вестибюль, повернул направо от лифтов.

– Андрей Карлович! – раздался голос охранника из-за перегородки.

Тотман обернулся, вопросительно подняв бровь.

– Лифты в другой стороне!

Охранники по-дружески рассмеялись над традиционной шуткой. Андрей улыбнулся и толкнул дверь, ведущую на лестницы.

Поднявшись на семнадцатый этаж, он открыл дверь своей квартиры. Отнес пакет на кухню, скинул спортивную одежду, прошел в ванную.

Включил душ, разделся и полез под упругие струи.

Приняв контрастный душ и побрившись, Андрей накинул халат и прошел на кухню. Достал из холодильника небольшую кастрюльку, прикрытую крышкой. Открыл ее, понюхал содержимое и поставил кастрюлю на плиту. Указал плите режим "разогрев", отрезал от свежего хлеба большой ломоть, намазал его маслом, достанным все из того же холодильника, украсил сверху веточкой петрушки.

Плита звякнула, сообщая о готовности.