Чародейка 2

Но потом я посовещалась с церемониймейстерами, и они мне сказали, что раз вы рассматриваетесь в качестве послов, то и одеты вы должны быть в свою одежду, представляющую вашу культуру. Вроде как это странно, если вы будете одеты по-нашему. И даже может быть сочтено за оскорбление. Так что я решила оставить выбор за вами. Мы, конечно, отчистили вашу одежду и привели в порядок. Но если хотите, можем подобрать что-нибудь более… торжественное.

Лайза глянула на Саймона.

– Я не постесняюсь в своей одежде выйти, – пожал бард плечами.

– Хорошо, – кивнула Джулия. – А ты, сестра? Желаешь сменить наряд? Скажем, на платье.

– Неа. Моя одежда мне привычна, удобна, и хорошо меня представляет. Кстати, скажи, а чьи мы послы? Чисто из любопытства.

– Хм. Ты можешь представлять свой мир. А твой друг – материк Лиру. Ну или любое из его государств на выбор, если хочет.

– Гхрх, – подавился Саймон.

Джулия посмотрела на барда с легкой улыбкой.

– Подписывать договоры о войне и мире вам не придется. Ваш посольский статус – это скорее протокольная формальность. Не может же к императрице прийти любой с улицы в гости! Но познакомиться вам надо, и она этого желает. Значит, надо придать вам какой-то официальный статус, который будет отражен в документах. А вы как раз пришельцы из далеких стран. Кем же еще вас считать, как не послами? Это само напрашивается.

– Эх, а я уж было начал пункты торгового договора продумывать, – вздохнул бард, хотя по выражению его лица было понятно, что он рад избежать подобных обязанностей. – А что насчет…

– Да, – согласилась Лайза. – Мы же должны подарки вручить императрице. Как это регламентируется? Не просто же в руки дать, наверное?

– А у вас есть, что дарить? – удивилась Джулия. – Как бы все отлично все понимают, чрезвычайные обстоятельства, все дела. Этого от вас и не ждут.

– Но у нас есть, – добавила немного обиды в голос Лайза.

– Грхх, – кашлянул Саймон.

– В переносном смысле, – уточнила чародейка. – Кое-что в карманах найдется. А мой друг – так и вовсе бард. Весьма известный на Лире, между прочим. И голос его сам по себе редкое сокровище. Равно как и виртуозное исполнительское мастерство игры на гитаре. Многие сильные мира сего не гнушались его песнями. А напротив, сильно ценили его выступления.