Стражи панацеи. Avida est periculi virtus

– Вы уверены, что это убийство?

– Я только предполагаю. А вы? – напирал юноша, не взирая на покровительственный тон собеседника, и его ложную попытку увильнуть от закономерного объяснения.

– Думаю, что это не важно.

– А что важно? – удивлённо вцепился связной.

– Я подозреваю, что он организовал на меня покушение, может быть, вместе со Спириным, поскольку их объединяет один мотив. Я для них опасный свидетель. Причину долго объяснять, да и не нужно. Но после моей гибели, они остаются свидетелями друг против друга, поэтому Спирин его переиграл, а мне сохранил жизнь.

Теперь Визант впился взглядом в партнёра, требуя ответной откровенности.

– Так у вас есть, что сказать мне ещё? – властно произнёс он.

Молодой агент отвёл взгляд, поёрзал в кресле и потёр подбородок, потому вдруг застыл.

– Вы в курсе, что некое анонимное лицо, оплачивает частное расследование этого двойного убийства? – прорвалось у него.

– Я видел это объявление. Но мне следствие не по силам, и к тому же, возможно, это ловушка, чтобы выявить улики и зачистить их, – со знанием дела отвечал Визант.

– А вы не думали, что кто-то хочет выйти на ваш след, или завязать с вами контакт?

– Думал. Но кому и зачем это нужно, не имею понятия.

Результаты попыток раскрыть анонимную организацию, которая уже обнаружила его самого, Визант мог бы обменять на дополнительные сведения. Собеседник понимал, что он не договаривает, и видимо, колебался, стоит ли ему выдавать свои данные, чтобы не продешевить.

Визант и выбрал эту тактику недомолвки, неопытные часто на этом проигрывают.

Парень смотрел с секунду в одну точку перед собой.

– Вам ни о чём не говорит фамилия Дюран?

– Дюран? – удивился Визант. – Компьютерный магнат? Его компания вторая или третья на этом рынке, – припоминал Александр, насупившись.

– Немного скромнее, но примерно так. Он выходец из России, и до сих пор скупает здесь невостребованных гениев. Есть сведения, что он ведёт тайные разработки, размещая свои лаборатории в экзотических странах.

– До меня доходили эти слухи.

– Вы верите в тайные правительства?

Визант позволил себе снисходительную ухмылку.

– В «мировую закулису»? Не знаю, что и сказать.