Маска Гермеса

Пока он открывал бутылку и разливал вино в бокалы, Рита напряжённо молчала.

– Мне больше не подходит роль маркитантки у этого Спирина, – неожиданно и смело призналась она. – У него теперь меньше официальных рычагов подпортить мне жизнь, и я этим хочу воспользоваться. И, похоже, он уже не в чести у начальства.

– Ты донесёшь ему о нашей встрече? – растерянно спросил Александр, не зная, что ответить на такую откровенность, или провокационный выпад.

– Он сгорает от ревности и любопытства. Но не дождётся. Хотя, ему и не нужно ничего говорить.

– Что за тип этот Спирин? Я о нём мало знаю, только со слухов?

– Его называют крысиным королём.

– А я считал его серым кардиналом.

– Нет… Серый кардинал, это человек из высшей власти. Спирин чиновник второго эшелона. Он питается отбросами человеческих страстей. Хорошо видит слабости, его многие недолюбливают, но в нём часто и нуждаются.

– У крысиного короля, насколько мне известно, много голов.

– И у него их много. Я одна из них, или была одной из них, а может, только становлюсь.

– Жаль будет терять такую голову.

Она как бы и не заметила его замечания.

– Это он поставлял мне информацию, которую я передавала тебе, и которая оказалась ложной, – с сожалением призналась Рита. – Но имей в виду, я тебе этого не говорила, – добавила она, будто встрепенувшись от подавленности. – Ну и чем же ты занимаешься, или намерен заниматься?

– Частным сыском? – уверенно отрезал Визант.

Движение её ресниц выдало сомнение.

– Да нет, ты работаешь на контору. И для Спирина, ты, опасный свидетель. Впрочем, как и я, – легкомысленно заметила она.

– Разве тебе мой отец не сказал, что меня нет в живых? – спросил Визант, будто хотел вывести её на чистую воду.

Рита взглянула на него с упрёком, хотя и с готовностью ответить на столь болезненный вопрос.

– Сказал. Но я не поверила. Тон твоего отца совсем не говорил о том, что он убит горем. Тем более что он сперва хотел знать, кто звонит, а уж затем сообщил мне горькую новость.

– Были, в закрытом гробу, при родственниках и нескольких соседей. Есть и могила. И запись в ЗАГСе о смерти. Я утонул на зимней рыбалке.

Отступивший было восторг перед ней, вновь просиял на спокойном лице Византа.

– Притворство – не лучшее качество моего отца.