Взрывник. Заброшенный в 1941 год

Теперь немчура вышки поставила, колючкой всё опутала. Вагоны разгружают, автомобили, наоборот, загружают и на восток гонят. К сожалению, больше ничего конкретного.

– Калиничев, что скажешь? – я глянул на задумчивого начальника разведки. – Имеет смысл пощупать?

– Имеет. Отправлю группу. Сержант, у вас выход на местных есть?

– В Замошье, в двадцать втором доме живёт Силантий Ивашкевич. Он свояк бургомистра из Молодёжек, Бориса Сосновского.

– Надёжен?

– Борису он это рассказал с намёком. То, что свояк с нами знается, Силантий подозревает.

– Ещё есть через кого на него выйти?

– Не знаю, да вы, товарищ лейтенант, у Бориса сами и спросите, всё одно ж пойдёте сначала с ним поговорить.

– Спасибо за совет, – лейтенант криво усмехнулся.

– Да мы же завсегда, пожалуйста.

– Сержант, – цыкнул я на Жорку. – Отвечайте на вопросы старшего по званию по существу.

– Есть, товарищ командир партизанского отряда «Полоцкий мститель», – Байстрюк встал навытяжку, уставившись на меня бараньими глазами.

Тьфу ты, клоун. Опять пора песочить. Дисциплина падает со скоростью стрелки осциллографа, стремительный домкрат отдыхает. Сегодня с утра старшина ещё трёх похмельных в яму на губу отправил. Говорит, самогон поступает в отряд во всё больших количествах отвратного качества. Зимой, того и гляди, голодать будем, а продукты на самогон переводятся. Да, с деревенскими хрен что поделаешь.

– У вас всё, сержант?

– Так точно.

Калиничев поморщился, но промолчал. А вот от старорежимных «так точно», «никак нет» и прочих Жорку хрен отучишь, если уж гауптвахта до войны не исправила, то хоть кол на голове теши.

– У вас, лейтенант?

– Есть непроверенная информация, хотел бы провести разведку.

– Что за информация, – Василий промолчал, выразительно глянув на Байстрюка. Тоже мне, тайны мадридского двора. – Сержант, свободны. Через полчаса подойдите ко мне, разговор будет.

Угу, будет, и неприятный.

– Продолжай, – кивнул лейтенанту, заодно давая знак, что можно перейти к менее формальному общению. Лейтенант мне нравился, чувствовалось, что был хорошим грамотным командиром и станет ещё лучше, если выживет, конечно.

– Есть сведения, что здесь, – Калиничев ткнул в карту, – немецкий аэродром.

– Откуда?

– До смешного. Когда вчера на разведку к дороге пошли, Борового встретил.