Мост

Резко меняется психика. Не сказать, что они становятся блаженными идиотами, но близко к тому. С одной стороны, это их сильно ограничивает, но с другой – упрощает дело. Никакой агрессии, ни одного побега. Ни о каких побегах даже речи не шло – да, сомнения быть могли, но, как правило, Творцы сами шли на контакт, и после некоторых… разъяснений никаких проблем никогда не возникало. Фактически, кто бы что ни говорил, Управление не стояло над плечом с кнутом в руке, а всего лишь предоставляло возможность. В каком-то роде.

Вот только Аддерли знала.

Не посещала школу. Никакого парня, никаких друзей. Вообще за постоянным общением с кем-либо кроме членов семьи не замечена. Лоточник в парке. Водопроводчик. Ещё пара-тройка человек обслуживающего персонала. Почти полная изоляция. После смерти матери три года назад и деда – и трех месяцев не прошло – полная.

И если внимательно посмотреть на даты, то – чёрт бы её побрал – сколько лет она является Творцом?

Выходило, что очень много. С рождения. Самое позднее – с пяти-шести лет.

По легенде Первому было около тридцати, когда он полностью раскрыл свой дар. Получил он его в двадцать. Прежде чем был создан первый Мост – почти десять лет было потрачено на изучение собственных возможностей.

Тереза Аддерли была Творцом вдвое дольше. На что девчонка может быть способна – оставалось только догадываться. И, честно говоря, от таких догадок кровь у Елены немного стыла.

И из-за рвения идиота Маккензи это предположительно всемогущее существо теперь прячется где-то в трущобах Нейнса.

Действовать следовало совсем не так. Подружиться, ввести своего человека. И уже потом потихоньку, аккуратно, прощупать почву.

В первую очередь – доложить ей, Скаты его сожри!

Елена воткнула сигарету в пепельницу и пододвинула к себе карту города. Как бы там ни было, что сделано – то сделано. Исправлять ситуацию было поздно, оставалось доводить её до логического конца.

Дело было уже даже не в том, что им требовался Творец, а в том, что девушка была опасна.

Она нажала кнопку, точно такую же, как и на её собственном столе.

– Мауро уже вернулся?

– Да, миссис Март, – отозвался женский голос.

– Пусть зайдет.

Дверь открылась почти мгновенно, и внутри оказался Ренцо. Выглядевший ничуть не менее злым, чем она сама.