Сталь и пепел. На острие меча

Это было правильно: несмотря на потери, пластуны оставались одним из самых боеспособных соединений на восточном стратегическом направлении.

– Кологрив, твои пластуны должны расчистить путь двадцать первой гвардейской танковой. Не перебивай, знаю, что вы легкая, а не штурмовая пехота. Вам в усиление дадут два батальона – инженерный и гренадерский из восемьдесят первой гвардейской механизированной. Здесь, Кологрив, главное – не сила удара, а точность. Заткните их пехоту и наведите на нее авиацию. Дальше все сделают танкисты и гренадеры.

Наступление начала пятнадцатая гвардейская танковая бригада, наносящая отвлекающий удар в стык двух китайских механизированных дивизий. Был сильный туман, а половина экипажей укомплектована резервистами. Тут же передовой батальон налетел на собственное минное поле и потерял почти целую роту «Барсов». Комбата тут же сняли и отдали под трибунал, но мертвых это уже не вернет. Но главное бригада сделала. Теперь китайское командование было убеждено в попытке мощного флангового удара.

Небесный кулак из десятков ударных вертолетов «Ка-52», «старичков» «Ми-24», всепогодных штурмовиков и бомбардировщиков обрушился на позиции одиннадцатой пехотной дивизии НОАК в тот момент, когда ее командир читал полученную из штаба двадцать третьей армии шифрограмму о начале русского контрнаступления.

Навьюченные снаряжением пластуны и саперы по горло в холодной воде, под моросящим дождем переправились через речушку с незапоминающимся названием и выросли, словно призраки из японских фильмов-аниме, перед траншеями китайского боевого охранения. Едва захлопали первые выстрелы, как сзади наступающих сотен раздались мощные взрывы. Это саперы начали равнять крутые берега речки и делать проходы в минных полях с помощью дистанционных зарядов. Значит, где-то еще дальше, из туманной чащи, завывая двигателями, выкатывались «восьмидесятые» танковой бригады Авдеева.

«Время, время… – лихорадочно думал Артем, косясь на циферблат часов. – Если не успеем зачистить траншеи боевого охранения и прикрыть снимающих мины саперов, то опомнившиеся от ракетно-бомбового удара китайцы встретят колонны «Барсов» и мотопехоту шквальным огнем из противотанковых средств!»

– Давай, давай, капитан! – прикрикнул Пшеничный на командира приданной им роты саперов.