Оперативное вмешательство

Заодно посмотрим на клиентов поближе.

Нафиса накинула никаб на лицо, запахнула шаль и засеменила к лавке, где жарили кебабы. Прямо как верная жена. Следом неторопливо и солидно вышагивал Харон, как и положено серьезному торговцу.

* * *

– Есть сигнал! – один из англичан, сержант, снял наушники. – Они проявили себя.

– Отлично! Анчар, ваши люди готовы?

– Готовы.

Алекс Шорт жестом подозвал Кэролла.

– Русский напротив, прямо на крыше закусочной. У тебя будет не больше минуты, чтобы занять выгодную позицию, пока он будет глазеть на машины.

– Сделаю, Драгун.

– Отлично, Генри, работай! – майор хлопнул сержанта по плечу.

Генри Кэролл, позывной «Гадюка», неторопливо взял громоздкий «баретт М95», затем свернутую теплоизолирующую серую накидку. И, насвистывая мотивчик, стал подниматься по скрипучей лестнице наверх.

«У Гадюки, конечно, железные яйца, а меня что-то трясет», – подумал Шорт, глядя в спину сержанту.

* * *

В пяти милях от берега, в серой вечерней дымке, заглушив двигатели, дрейфовали два катера сине-серого пятнистого окраса. Несмотря на свое типично русское название «Чайка», родословная дрейфовавших катеров шла от шведских CB90, скоростных штурмовых кораблей. Их клепали по недавно купленной лицензии для сил ОВР, но вскоре катера заинтересовали командира «дельфинов» кап-раз Нечаева, и десять «Чаек» оказались в распоряжении морского спецназа. В отличие от скандинавов или американцев, ставящих на свои assault boats исключительно пулеметы разных калибров, русские подошли к делу основательно, вооружив свои катера авиационными пушками.

– Водяной, это Сокол. Опора, цель идентифицирована. Прием.

– Понял, цель опознана, Сокол.

– Выдвигайтесь, Водяной.

Через несколько минут, оставляя за собой белоснежные буруны от «Чаек», к берегу устремились две резиновые моторные лодки, забитые вооруженными людьми в масках.

Капитан-лейтенант Константин Сундуков – командир звена катеров, отправив спецназ заранее, приказал на самом малом ходу выдвигаться вперед:

– Сейчас еще не стемнело, если что, ребят поддержим огнем.

Перед операцией время будто останавливается, это Харон всегда замечал.