Дерево

– Почему я вообще говорю вслух? Может потому, что уже сижу в этом доме три дня? Даже на улицу не выхожу, слава богу, что сигарет тут много, а то помер бы! Ничего вообще не понимаю, какого черта! Чтоб все вы сгорели к чертям в аду, лишь за то, что испортили мою жизнь! Меня считают особенным, говорят так, будто я умственно отсталый! Они так хотят меня заполучить, будто я игрушка какая-нибудь! Говорят, что со мной их перестанут считать сумасшедшими! Эй, Эб, что думаешь об этом?

– …

– Чего я ожидал, сам же закрыл тебе рот, не парься, скоро ты вообще перестанешь осознавать себя, надо просто еще чуть-чуть попытать того демона, он то мне все покажет, он твой прототип, еще чуть-чуть, и ты станешь просто опухолью в моей голове, которая постепенно меня убивает! – Хыхыхыхыхыхыхыхыххы! – смеялся Габриель, окунув голову в свои ладони.

Смех был усталым, изнеможенным, полным ненависти и боли, полный всего того дерьма, что окружало Габриеля всю его жизнь, с самого детства: Сумасшедшего отца, что без согласия ребенка, заключил сделку с одним из девяти демонов, матерью, которая ненавидела его, и сестрой, одной единственной, которая любила его, но, уже ничего не изменить, ведь мертвых, нельзя воскресить. Нет, можно, но, они будут совсем не теми людьми, что при жизни, а совсем другими, пустыми куклами, выполняющими любой твой приказ.

Долгая затяжка, стряхивание пепла, и по новой. Бесконечное курение, полностью, хоть на некоторое время, снимающее то дерьмо, что творится на душе, и в голове у Габриеля.

– Нужно будет завтра выйти на улицу, да и чего-нибудь покрепче купить, а то это, уже совсем не то, просто обычный пар, практически ничто! Какого черта? – сказал Габриэль, снова протерев свое лицо руками.

Просидев так еще более десяти минут, печатая что-то на своей машинке, внизу послышался стук. Был довольно громким, смотря на то, что его было слышно аж со второго этажа, но странно то, что неожиданный ночной посетитель, не подумал воспользоваться звонком.

– Чего? – озадаченно, и все так же грубо, спросил Габриэль, чтобы хоть как-то, да выразить свое непонимания.

Встав со стула, он достал свое револьвер из штанов, уже заряженный, взвел курок, спустился на первый этаж, уже с новой сигаретой во рту, и, подойдя к двери, немного обождал. Бум! Буквально в тот же момент послышался стук! Заглянув в глазок, Габриэль не увидел ничего, кроме бесконечного мрака.

– Кто это?! – крикнул он, уже наведя пистолет на дверь.