Кочевники неба

Бывают такие женщины, которым Птица Судьбы просто не определила быть многодетными матерями.

Впрочем, кроме потери будущего общинника были ещё неприятные новости для общины в этот день.

– Сын Антилопы совсем не вернулся, – мрачно сказал несчастный отец. – Ни с малышом, ни без малыша.

Гларб вытер мгновенно проступивший пот с лица. Впервые в истории крушта Сын Антилопы не возвращался в срок.

А его собеседник обратился к послушникам:

– Мальчишки, вы не знаете, где он может быть? Что, если он… просто играет в прятки? Тем более, дежурный всё ещё клянётся, что не видел, как он упал.

Мужчина и сам понимал, что несёт чушь, но не мог не спросить. Он в панике искал хоть какой-то повод для надежды.

– Быть может, он ушёл в Круштару? – предположил Лилле, больше для того, чтобы поддержать безутешного отца.

Он прекрасно знал, что крушт не пускает в Круштару таких маленьких детей.

– Забери меня Чёрный Крушт! – пробормотал мужчина. – Как мне сообщить Рами эту страшную новость?

– Как, ты разве не сказал жене? – удивился кто-то.

– Нет, я надеялся, что всё обойдётся. Я просто заглянул в квартиру, чтобы проверить, с ней ли малыш, но она спала одна… я даже не осмелился разбудить её. Вы же знаете Рами! Каждый раз, когда крушт пролетает близь её родной страны, она полдня не встаёт с кровати. Ей и так плохо, а тут ещё я не смог уследить за нашим сыном… Клянусь Рогом Миртару, я отошёл буквально на минуту… И прикрепил малыша ремнями, как положено… но я вернулся… ремень пустой… малыша нет.

И словно мало было тревог отцу Малле, именно в этот момент панцирь под ногами затрясло.

Крушт поворачивал. Менял путь, отнимая окончательно надежду увидеть когда-нибудь маленького Малле и отправившегося за ним Сына Антилопы.

– Нет, нет! Не делай этого! – взмолился убитый горем мужчина, прижавшись щекой к панцирю.

Но равнодушный к его слезам крушт завершил манёвр.

Глава 3

А что я теряю?

Дурная весть очень быстро разлетелась от Гребня до Подковы, но лишь по застывшему в скорбной позе мужчине можно было понять, что случилось несчастье, да и то, пока его, обессиленного, дядя Гларб не отвёл к Мудрейшему, чтобы тот дал ему каких-то бодрящих трав.