Завещание волхва

Олег помнил, что современное слово «смерч» произошло от древнерусского «мерк», означающего «мрак». Что-то подобное он испытывал, глядя из окна автобуса на поселок. В душе у него царили сумерки и, пугаясь их, энергично скребли кошки.

– А что же у вас так безлюдно? – спросил Олег. – Говоря по правде, аж жуть берет!

– Такие времена настали, – грустно вздохнул водитель. – Приехали бы вы к нам прошлым летом…

– Георгий! – резко, как удар хлыста, прозвучал предостерегающий голос отца Климента.

Водитель вздрогнул, насупился и до окончания поездки не проронил уже ни слова.

Автобус остановился напротив храма. Раскрылись дверцы. Выходя, отец Климент на прощание молча кивнул Олегу с таким видом, будто сердился на него за что-то. Георгий, наложив одну ладонь на другую и склонив голову, смиренно произнес:

– Благословите, батюшка!

В ответ отец Климент гневно пророкотал:

– Я говорил, тебе, Георгий, чтобы ты снял эту богопротивную кепку? Пока не исполнишь, не будет тебе моего благословения, так и знай!

Он ушел в сторону храма, от негодования забыв приподнять полы рясы и оставляя за собой шлейф пыли.

– Какая муха его укусила?

– Не муха, а медведь, – неохотно ответил тот. Сняв кепку, он пытался ногтем поддеть нитку, которой была вышита эмблема.

– И чем это ему медведь не угодил? – с улыбкой поинтересовался Олег.

Вместо ответа Георгий раздраженно буркнул:

– Выходить будете или обратно поедете?

– Буду, – кивнул Олег, поняв, что от водителя он ничего не добьется. Всю словоохотливость и приветливость Георгия как ветром сдуло после того, как он получил нагоняй от батюшки. – Не подскажете, как мне отсюда добраться до Усадьбы Волхва? Меня уверяли, что все местные жители знают к ней дорогу.

– Это тот, который языческий колдун? – спросил Георгий. И в его голосе промелькнул почти суеверный страх.

– Я бы сказал, жрец, – поправил его Олег. – Так вы знаете, где это?

– Ничего я не знаю, – ответил Георгий, отводя глаза. – И знать не хочу. У меня и без того проблем хватает из-за моего языка.