Завещание волхва

Олег пытался шутить, но на душе у него было пусто и гадко, как в детстве в желудке, когда он, принуждаемый бабушкой, наполнял его скудной невкусной пищей, обильно приправленной дешевым подсолнечным маслом.

Он вышел из комнаты, взяв зачем-то чистый лист, на котором прежде было написано письмо, адресованное ему дедом. За дверью он увидел Эльвиру. Она терпеливо дожидалась его, стоя у стены. А, быть может, приникнув ухом или глазом к замочной скважине, внезапно подумал Олег. Но отмахнулся от этой мысли, потому что она противоречила выражению лица старой девы, на котором, словно вырезанная резцом по камню, навечно застыла гримаса отвращения ко всем земным слабостям, включая любопытство.

Перед Мстиславом Ивановичем на письменном столе лежали какие-то бумаги, которые он изучал до того, как вошел Олег. Опустив на них свои крошечные птичьи ручки, он равнодушно произнес:

– Так какое решение вы приняли, молодой человек?

Неожиданно Олег спросил, как будто это имело для него значение:

– А что бы вы мне посоветовали?

Старичок нотариус оглядел его критическим взглядом, прежде чем ответить.

– На вашем месте я бы отказался, – проскрипел он с легкой ноткой презрения в голосе. – Учитывая условия, изложенные в завещании.

– Хотите сказать, что не по Сеньке шапка, – усмехнулся Олег. – Всяк сверчок знай свой шесток.

Мстислав Иванович ничего не ответил, но его взгляд был намного красноречивее. И он говорил, что Олег не ошибается в своих предположениях.

Олег перевел взгляд на Эльвиру, застывшую, как изваяние, у двери кабинета. Кислое выражение на лице женщины не изменилось ни на йоту, но она едва заметно качнула головой, словно китайский болванчик.

В памяти Олега всплыл недавний ранний утренний гость Белозар со своим грозным предостережением.

Он вспомнил, что и сам только что принял то же самое решение, не прошло и пяти минут…

– Я принимаю наследство, – внезапно услышал Олег свой собственный голос.

От двери, где стояла Эльвира, раздался короткий сдавленный стон разочарования, в присыпанных пеплом глазах Мстислава Ивановича промелькнула тень сочувствия.