Врата вечности

– Послушай, Альф, если ты познакомился с какой-нибудь дриадой и боишься мне об этом сказать, страшась разбить мое девичье сердце, то напрасно, – с улыбкой произнесла Оливия. – Я пойму и прощу.

– О чем ты, Оливия? – с недоумением взглянул на нее юноша.

– О том, что ты еще ни разу не поцеловал меня после ланча, – с наигранной веселостью ответила Оливия. – Так порядочные юноши с девушками не поступают.

И Альф поцеловал ее. В ветвях дуба шумел ветер, шуршали опавшие листья, тихо пели птицы, обманутые тишиной.

Когда Оливия смогла оторваться от его губ, у нее кружилась голова, а ноги обмякли настолько, что она не смогла бы встать. Но это не могло заставить ее свернуть с выбранного пути.

– Хорошо, убедил, – сказала она. – Дриада здесь не при чем. Но кто или что тогда встало между нами в этот прекрасный день триумфа «Носорогов» над «Буйволами»?

– Эйлин-Мор, – грустно улыбнувшись, ответил Альф.

Сердце в груди Оливии вдруг перестало биться.

– Какое чудесное имя, – пересохшими губами произнесла она.

 – Ты познакомишь меня с нею?

– С ним, – поправил ее юноша. – Это остров.

Сердце в груди девушки сделало сумасшедший кульбит и снова принялось за свою работу. Ее щеки опять порозовели.

– Тогда тем более, – сказала она. – Обожаю знакомиться с островами. Надеюсь, он меня не разочарует.

– Ты действительно этого хочешь? – с затаенным волнением спросил юноша. – Ты не шутишь?

– Нет, не шучу, – перестав улыбаться, ответила Оливия. – Но, может быть, ты мне все-таки объяснишь, о чем речь? Я ничего не понимаю.

– Эйлин-Мор – это остров невдалеке от западного побережья Шотландии, на котором живет мой дед. И он ждет меня. Я имею в виду деда. Хотя мне иногда кажется, что и остров тоже.

– Как это – остров тебя ждет? – удивилась Оливия. И продекламировала из «Короля Лира»: – «Так объяснись!»

– Эйлин-Мор – не обычный остров, каких много у берегов Шотландии. Если смотреть со стороны моря, то своими очертаниями он напоминает гигантскую каменную женщину, уснувшую вечным сном.

Дед рассказывал мне, что это Великая Эльфийка, праматерь всех эльфов. Она окаменела вместо того, чтобы умереть и превратиться в прах. И в то же время она как будто живая, и все чувствует и понимает.

– Мистика какая-то, – зябко передернула плечами Оливия. – И ты говоришь, что эта каменная баба ждет твоего возвращения?

– Вообще-то я говорил, что меня ждет дед, – запротестовал юноша. – А Великая Эльфийка – это так, к слову пришлось.