Врата вечности

 – Ты уж поверь, моя прелестная индианочка! И если тебе еще было мало доказательств, то сегодня ночью, обещаю…

– Фернандо! – воскликнула, заалев лицом, девушка. – Как тебе не стыдно! Что подумает о тебе se?or sabio?

Она сделала попытку освободиться от объятий мужа, но так нерешительно, что вскоре смирилась с его сопротивлением и даже позволила ему себя поцеловать в знак примирения. После этого они снова были готовы слушать Джеррика. Они даже не заметили тонкой струйки крови, стекающей из его прокушенной нижней губы.

Джеррик уже едва сдерживал свой гнев. И только невольная, необъяснимая ему самому, симпатия к девушке усмиряла его.

– Так кто же такой этот ваш Амару… Как там его? – спросил Фернандо равнодушно, только затем, чтобы угодить жене.

– Амару Муру был служителем храма, возведенного инками в память о том, что однажды Землю посетили боги, – сказал Джеррик. Он говорил, не сводя взгляда с каменной двери, возле которой он продолжал стоять, как будто был не в силах отдалиться от нее хотя бы на шаг.

 – Они оставили в памяти инков неизгладимый след, и прежде всего – своей безграничной властью над жизнью и смертью. Боги были не только сами бессмертны, но могли наделять вечной жизнью любого. Они пробыли на нашей планете недолго, и, по преданию, вернулись в свою божественную страну через врата, которые сами же прорубили в горе Хай-Марка. Через эти врата!

Джеррик прикоснулся ладонью к каменной двери, но, как и прежде, ничего не почувствовал.

Глаза его подернулись влагой.

– Так и ушли навсегда, раздразнив бедняг инков бессмертием? – воскликнул Фернандо. – На мой взгляд, это было очень нехорошо с их стороны.

– Инки не заслуживали бессмертия, – сухо, как засохшее дерево, проскрипел Джеррик. – Как и все люди, они были злобны, кровожадны и глупы. Но боги оставили им ключ, в надежде, что когда-нибудь, когда люди изменятся, они смогут открыть дверь и войти в страну богов. И этот ключ, имевший форму золотого диска, хранился в храме, построенном инками.

– Пусть будет так, – не стал возражать Фернандо, чтобы не вызвать новой вспышки гнева кроткой Паулы, ласково мурлыкавшей у него на коленях. – Но не пойму, при чем здесь ваш Амару Муру.

– Он был жрецом храма в те времена, когда испанцы совершили опустошительный набег на Перу, – ответил Джеррик.

– Они осваивали новые земли на благо цивилизации, – внес свои коррективы упрямый потомок испанских конкистадоров.