Врата вечности

Вспомним мудрое изречение, которое завещали нам наши предки. Cujusvis est errare; nullius, nisi insipientis in errore perseverare. Каждому свойственно ошибаться, но только глупцу свойственно упорствовать в ошибке.

Едва Джеррик смолк, как очокочи Бесарион, всегда охотнее других выражавший свою преданность кобольду, поднялся и торжественно провозгласил:

– Magna et veritas, et praevalebit! Нет ничего превыше истины, и она восторжествует!

Джеррик благосклонно кивнул очокочи. Увидев это, стряхнули с себя оцепенение и другие члены Совета XIII.

– Absque omni exceptione, – произнес гном Вигман. – Без всякого сомнения, достойны.

– Benedicite! – робко пролепетала гамадриада Дапн. – В добрый час!

– Detur digniori, – прошепелявил пэн-хоу Янлин. – Да будет дано достойнейшему.

Туди Вейж согласно закивал своей головкой и, как всегда, поддержал пэн-хоу, заявив:

– Eхtrа formam. Без всяких формальностей.

– Probatum est, – важно кивнул тэнгу Тэтсуя. – Одобрено.

– Macte! – восторженно воскликнула юда Бильяна, пытаясь загладить свой недавний промах, о котором ей красноречиво поведал гневный взгляд кобольда.

 – Прекрасно!

И только леший Афанасий на этот раз промолчал. Опустив голову, он о чем-то задумался. Но Джеррик сделал вид, что не заметил этого, тем не менее, взяв на заметку. Это была мелочь, на которую сейчас не стоило обращать внимания, но которую следовало хорошо обдумать позже.

– Nemine contradicente. Без возражений, единогласно, – торжественно произнес он. – Pro bono publico.

Ради общего блага.

Ответом кобольду было общее молчание. Но спустя некоторое время его прервал гном Вигман.

– Остается неясным только один вопрос, – стараясь не глядеть в глаза кобольда, произнес он.

– И какой же? – нахмурился Джеррик.

– Кто из членов нашего Совета известит нгояма Джелани и эльфа Фергюса об оказанной им высокой чести.

Тишина стала еще оглушительнее. Никто из духов не забыл, что все последние экспедиции, предпринимаемые по поручению Совета XIII, оканчивались трагически.

А на этот раз речь шла об эльфе Фергюсе, который предпочитал решать споры взмахом самурайского меча. И о путешествии в Африку, что казалось не менее опасным, учитывая отдаленность и дикость этого континента. Все опустили глаза, словно школьники, не выучившие урока, под строгим взглядом учителя.

– Я подумал об этом, – заявил Джеррик. – Предлагаю к нгояме Джелани направить очокочи Бесариона и гамадриаду Дапн. А к эльфу Фергюсу – лешего Афанасия и гнома Вигмана.