Бегство

– А я бы хотела быть птицей, – взглянув в иллюминатор, в который были видны похожие на невиданных зверей и часто меняющие свой облик облака, сказала Анна. – Вить гнезда, растить птенцов, учить их летать. Но, наверное, тот, кто создал людей, не случайно не дал им крыльев и всего, что к ним прилагается.

Кирилл с удивлением посмотрел на нее, видимо, не поняв, какое отношение имеет к его вопросу ее ответ. Но это его не смутило.

– Вы были бы прекрасной птицей, – сказал он, думая, что делает ей комплимент. И, меняя тему, спросил: – Вы москвичка?

– Я бедная санкт-петербургская провинциалка, – сказала Анна.

Намек был очень прозрачен. Как ни глуп был мужчина, но он понял его. Он достал визитную карточку и, удерживая ее двумя пальцами, протянул Анне.

– Позвоните мне, когда у вас появится желание прогуляться по Москве в чьей-либо компании, – сказал он. – И пусть меня зовут не Вергилий, но я ничуть не хуже его в определенном смысле.

– Заманчивое предложение, – сказала Анна, читая надпись на визитной карточке, золотую на черном фоне. Самым крупным шрифтом было набрано название банка, в котором Кирилл работал мелким клерком. – Я подумаю над ним на досуге, Кирилл. Да, кстати, забыла спросить – у вас есть дети?

– Двое, – ответил он после короткой паузы, словно преодолев искушение солгать. И с тревогой спросил: – Это что-то меняет?

Анна покачала головой.

– Не беспокойтесь, Кирилл.

– Обещаете? – настойчиво спросил мужчина, пытаясь заглянуть ей в глаза. – Пообещайте мне!

– Будьте доверчивы, как птицы поднебесные, они ни сеют, ни жнут, а им всё дается, – ответила с улыбкой Анна.

– Это что-то библейское? – нахмурился Кирилл.

– Это из Нагорной проповеди, но не совсем дословно, – пояснила Анна.

– А вы случайно не из тех религиозных фанаток, которые бродят по квартирам и вербуют сторонников в свою секту? – с подозрением взглянул Кирилл на нее.

– Нет, я не сектантка, и даже не монашенка, – успокоила его Анна. – Простите меня за эту неудачную цитату, Кирилл. Думаю, в нашем с вами случае мне стоило вспомнить Марка Твена, сказавшего однажды, что в рай стоит идти ради климата, а в ад – ради компании. Mea culpa.

– Что? – озадаченно спросил мужчина. Он явно не знал латыни. Разговор выходил за грани его понимания, и это его нервировало.