Белая рыба

Баттура уехал бы, но приоткрытая дверь дома покачивалась от лёгкого ветра, а в окне гостиной виднелся экран работающего телевизора.

А потом из длинного, как замковое сооружение, сарая, вышел страус. Он, что-то пожёвывая, посмотрел по сторонам, тряхнул, растопырившиеся перья и вальяжно прошествовал в сторону сада. Страус тяжело шлёпал по жухлой траве динозаврьими лапищами.

Баттура был настолько ошарашен происходящим, что не заметил, как сзади, от ворот, подъехал белый "Мерседес"–караван. Из него выскочил Иван Медвецкий и побежал за страусом.

Баттура, дождавшись, когда вся команда углубилась в сад, вышел из машины и затрусил в дом.

Телевизор громко пел по-шведски, а Светлана сидела на корточках возле электроплиты в кухне и копалась длинной вилкой в чреве духовки.

– Сейчас ты скажешь, что не слышала, как я сигналил, – сказал Баттура.

– Слышала.

– Что же не вышла? Меня чуть ваши псы не сожрали.

– Они воспитанные, ничего с тобой не сделали бы. А вот та тварь, что в сарае сидела… Он бы нам обоим уши поотщипывал.

– Страус, что ли?

Светлана распрямилась, бросила вилку на стол и повернулась к Баттуре.

– Страус… Чёрт бы побрал эту тварь! Запугал всю округу.

– Медвецкий побежал за ним.

– Вот только Ивана он и боится.

В телевизоре без всякой паузы одна шведская песня сменила другую.

– Весело вы тут живёте, – сказал Баттура.

– Да уж… Иван хочет ещё верблюдов завести.

– Зачем?

– Вот он идёт. У него и спроси, – сказала Светлана и вышла.

– Привет, – сказал Медвецкий. – Ты уже здесь? А я смотрю – в машине тебя нет. Думаю: куда делся? Я же помню, что ты собак боишься.

– Раз помнишь, то мог и привязать их. Тебе Светлана сказала, что я приеду?

– Сказала. Да я в трактире увяз. О, чёрт! Я же продукты в багажнике забыл! Посиди, я сейчас схожу к машине.

– А твои собаки где?

– Зачем они тебе?

– Вот как раз совсем не нужны. Просто я их боюсь. Мне тоже надо к машине. Я там кое-что детям привёз.

– Не бойся.

– А страус?

– Фёдор? Я уже загнал его в вольеру. Сволочь! Куртку мне порвал.

Пока Медвецкий рылся среди сложенных в багажнике "Мерседеса" картонных коробок, Баттура достал ружьё и снял чехол.

Потом прикладом похлопал Ивана по заду.

– Глянь, что у меня есть.

Медвецкий, работая локтями, выпростал верхнюю часть туловища из багажника.

– А-а! – сказал он. – Мне тоже такое предлагали.

Баттура клацнул затвором.