Человэльф

А вот вам следовало бы знать, что день неприятно преображает эльфийских женщин. Прекрасные в лунном свете, в лучах солнца они становятся безобразными. Если не ошибаюсь, вы встречались с Катрионой этой ночью, при свете луны?

– Ошибаетесь, – улыбнулся Борис. – Мы говорили по телефону. Я был очарован ее голосом. Надеюсь, на голос луна никак не влияет?

Он вышел из автомобиля, хлопнув дверцей. И мог бы торжествовать победу над незнакомцем, в глазах которого при его последних словах впервые промелькнула какая-то тень, похожая на растерянность.

Однако выпущенная тем на прощание парфянская стрела все-таки попала в сердце Бориса. А вдруг Катриона на самом деле уродлива? Почему это его так неприятно взволновало, Борис не смог бы ответить. Он обернулся. Но автомобиль уже скрылся за поворотом. Или просто растаял в воздухе. Шума двигателя за своей спиной Борис не слышал. Быть может, тот заглушили его собственные шаги.

А Фергюс, оставшись в салоне один, снял шляпу, обнажив голову с непомерно большими и заостряющимися кверху ушами, поросшими густой бурой шерстью, а затем нажал кнопку, утопленную в подлокотник кресла.

Непрозрачная перегородка, отделяющая его от водителя, плавно ушла вниз.

– Ты видел его? – спросил эльф.

– Да, – последовал короткий ответ.

– Ты хорошо запомнил его?

– Да.

– Ты знаешь, что надо делать?

На этот раз его немногословный собеседник только кивнул головой.

Фергюс снова достал из чемоданчика драгоценный камень и протянул его тому, кто сидел рядом с водителем.

– Алмаз твой. Но запомни – нам не нужны мученики. Когда они умирают, рождаются проблемы. То, что произошло с тем французом… Он должен был просто покинуть остров.

– Это вышло случайно. Я сожалею.

Фергюс с сомнением посмотрел на своего собеседника.

– Чтобы избежать подобных случайностей, этот русский не должен добраться до острова. Ты справишься с этой задачей?

– Я справлюсь.

Полученное обещание никак не отразилось на лице эльфа. Без тени эмоций он произнес:

– Постарайся.

Речь идет о будущем нашего народа.

– Я понимаю. Ты щедро заплатил мне. Я буду очень стараться.

– Я в этом не сомневался, – сухо произнес Фергюс и снова нажал кнопку. Непроницаемая перегородка плавно поднялась. И он остался один, погруженный в свои мысли. Глаза его, в которых не отражалось ничего, были полуприкрыты, а заостренные кончики мохнатых ушей слегка вздрагивали, словно от ветра.

– И все-таки я ему не доверяю, – произнес он вслух.