Терпкий вкус крови. Триллеры

Юрленко-старший после этого ушел в загул, о котором говорил весь город. Он принялся «крутить любовь» с местными алкоголичками, готовыми на все за бутылку дешевого вина.

В один из погожих майских дней отец привел во двор очередную знакомую – бомжиху по имени Валентина. Уединившись в сарае, «сладкая парочка» зазвенела стаканами. Неоднократно до этого следивший за отцовскими утехами Коля подкрался к постройке и прильнул глазом к щели в досках. Мальчик видел, как осушив стакан вина, бомжиха сняла не первой свежести трусики и повесила их на вбитый в стену гвоздь, лихо обхватив ногами таз отца, заизвивалась на нем.

Кончив, Валентина соскользнула с Юрленко-старшего.

– Не хочу больше! – прошамкала она.

– Я еще не кончил! – гневно произнес тот. – Лезь назад!

– Да пошел ты, урод! – попыталась вырваться из объятий Валентина.

– Сука! Ты будешь делать все, что тебе прикажут! – отец выдернул из подставки с инструментом остро заточенный нож и приставил его к горлу женщины.

Та с визгом забилась и напоролась на лезвие.

Коля видел, как из раны хлынула кровь, а бомжиха захрипела, закатив глаза. Отец, не обращая внимания на агонию, со сладострастными стонами насадил на себя Валентину. Внезапно шахтер насторожился. Прервав половой акт, он выскочил из сарая и схватил Колю за шиворот:

– Подглядывал, гаденыш?

Юрленко-старший втащил сына в сарай и ткнул лицом в кровавую рану. «Лижи кровь, тварь! А то я тебе „репу“ снесу!» – приказал он.

Мальчик заработал языком, втягивая в себя еще теплую солоноватую жидкость. Внезапно страх сменило состояние легкого опьянения. В этот момент отец пинком вышвырнул Колю из сарая.

– Подъем, крыса! – пнул он Валентину и только тогда понял, что женщина мертва.

Засунув труп в старый мешок из-под картофеля, шахтер закопал тело на огороде. Его задержали по «горячим следам». Кто-то из соседей видел, как Юрленко-старший «хоронил» труп, и донес в милицию. Учитывая деликатность дела, следователи не стали допрашивать Колю.

Отца осудили за убийство по неосторожности и отправили отбывать наказание тоже на шахту, только на север необъятной в те годы страны.

Через месяц после суда уставшая от слухов и кривотолков мать нашла работу на одной из сибирских шахт и поменяла с сыном место жительства.

Первые жертвы

Юрленко-старший сгинул в колонии – оттуда написали, что погиб в результате взрыва метана.