Капканчики. Домыслы и враки вокруг приключений Бениовского

Угрюмый дядька закончил погрузку чемоданов и начал наматывать длинный мокрый провод на бобину: «Фонограмму вам отдавать?» – спросил Сергей у него. «Какую фонограмму? – возопил угрюмый – Ты глаза-то разуй! Видишь, дождь? У меня и так все колонки отсырели! Хочешь, чтоб я угробил аппаратуру? У тебя есть столько денег, чтобы купить новую?» Возможно, его возмущённый спич был обращён не столь к Сергею, сколь к двум этим тёткам, но в тётках мужик ощущал начальство, а Сергей как раз был тем самым неизвестно кем, которому можно высказать всё.

Баба с синими веками поддержала электрика: «Да, вы уж, постарайтесь выступить без фонограммы». «А микрофон?..» – спросил Сергей, заранее сознавая беспомощную неуместность вопроса. «Какой тебе микрофон? – ожидаемо взвыл электрик – Я же тебе говорю, что невозможно. Видишь, я уже всё погрузил? Ну, хочешь, дам тебе микрофон, чтобы было за что подержаться? Звук-то весь тут, в багажнике! Микрофон ему!» – и обиженный электрик улез на водительское место, хлопнув за собой дверью.

Сергей не в первый раз выступал на дворовом празднике и знал, что мелкие организаторы приспосабливают под гримёрки самые невзрачные места. Строительная бытовка – лучший вариант, а ещё бывало, когда его размещали в замшелых закутках под лестницей, в подсобке уборщицы, по соседству с консьержем, в служебном туалете, в тёмном пространстве у перекрытой двери запасного выхода… куда только ни впихнут артистов ответственные работники, то есть, чиновники нижнего звена, такие вот бабищи в стиле Аллы Пугачёвой.

Синевекая баба-начальник превзошла всех муниципальных организаторов Москвы и области. Повертев головой в разные стороны, словно и вправду подыскивая место для переодевания, она выдала ноу-хау: «Переодевайтесь тут, под навесиком, а мы уж постоим пару минут снаружи, под дождём». И так она жалостливо сказала это – «Под дождём» – так искренне получилось ей выразить чувство самоотверженного благородства, что Сергею и возразить стало нечем.

Пригнув голову, Сергей зашёл под откинутую вверх заднюю дверь иномарки, положил кофр на колонки с чемоданами и вжикнул молнией, соображая, как бы извернуться, чтобы запрыгнуть в клоунский комбинезон и притом не замарать штаны, или рукава об мокрую землю и грязный порог машины. В конце концов, где только ни приходилось ему, клоуну, переодеваться. Можно и так.