Доппельгангер

 – Я понимаю, что нам не по двадцать и мы не первый год замужем, но мне это нужно.

– От тебя этого стоило ожидать, – не отводя глаз от смартфона, произнёс Максим, – Учитывая, что ты дала мне в первый же день нашего знакомства.

– В чем ты меня обвиняешь? – повысив голос спросила она, – В том, что я влюбилась в тебя сразу же как увидела.

– В том, что порой ты думаешь только о сексе.

– Дело не только в нем, ты изменился.

– И в чем же? – Максим наконец посмотрел на жену.

Она встала с кровати, подошла к комоду, на котором стояла их свадебная фотография в рамке.

– Раньше ты был таким внимательным, отзывчивым, щедрым. Мы постоянно куда-то ходили, что-то вместе делали. А сейчас что? Пришёл с работы, поел, завалился на диван или в кровать и все, нет тебя.

– Сейчас у меня намного больше работы! – муж тоже встал, чтобы быть в равном положении с женой. – Кто-то же должен содержать семью.

– То есть это я виновата? Как всегда!

Максим взял подушку и одеяло и направился к выходу из спальни.

– Переночую в зале, – сказал он выходя, – А ты давай завязывай с истериками. Нервные клетки медленно восстанавливаются.

Когда он вышел, женщине захотелось кинуть фоторамку ему вслед, но она сдержалась и лишь положила ее на комод фотографией вниз. К тому моменту, когда она легла в кровать, слёзы двумя тоненькими струйками лились вдоль ее лица.

Максим валялся на диване, даже не раздевшись. На тихо работающем телевизоре уже почти четыре минуты висела заставка о его автоматическом выключении, отключить которую можно было бы нажатием любой кнопки на пульте.

Когда экран телевизора наконец погас, в комнате раздался призыв о помощи, адресованный Максиму. Он представлял из себя мужской голос низкого тембра и состоял всего из двух слов: «Вытащи меня».

Максим немного поворочался из стороны в сторону. «Вытащи меня», если раньше голос звучал как бы издалека, то теперь он явно шёл из прихожей. Мужчина издал слабый стон и покрылся испариной.

Поездка по ночному городу в отсутствие пробок не заняла много времени, а выехав за город, Максим, не обращая внимания на камеры разогнал автомобиль до ста пятидесяти километров в час.

Спустя сорок минут он уже был возле входа на кладбище.