Такое время

Ты с ракетками мимо меня прошёл. Я за тобой. А потом смотрю, вы на карьере с дамами в бадминтон играете. Ну, я и понял, что вы друзья с Андреем Михайловичем.

– А адрес у тебя откуда? – опять спросил Виктор.

– Вот ты смешной, – улыбка слезла с физиономии Беляша. – Я же русским языком сказал, что информация стоит денег. Я тебе и так бесплатно про карьер рассказал, в качестве аванса. А вот всё остальное – за деньги.

Виктор усмехнулся, вытащил портмоне, достал из него пятитысячную купюру и кинул через стол Беляшу.

– Это тебе за бадминтон, – пояснил Виктор, – и информацию о своём отце я у тебя куплю. Но пятнадцати миллионов у меня нет. Максимум десятку смогу наскрести, но и на это время потребуется.

– Мне надо пятнадцать, – сжал губы Беляш. – Я ведь могу и других покупателей найти.

– Выбирай: или десять, или ничего, – вздохнул Виктор. – За эту информацию, кроме меня, тебе никто ничего не заплатит.

Он порылся всё в том же портмоне и вытащил на этот раз из его недр визитку.

– Как созреешь, позвони мне, – сказал Виктор.

– У меня телефона нет, – зло ответил Беляш. – Вы как-то оторвались от народа, господа хорошие.

– Ну, так мы не виноваты, что ты даже телефон пропил, – хохотнул Тарасов.

– Я не пью, – огрызнулся хозяин дома.

– С заправки позвонишь, – подумав, сказал Виктор. – Я пока деньги начну собирать. Мне недели две понадобится.

Беляш смахнул со стола визитку вместе с купюрой. Виктор встал.

– Может, всё-таки вызвать бойцов? – поднимаясь, пробурчал Тарасов.

– Не надо бойцов, мы договоримся, – Беляш вскочил с места, подбежал к входной двери и распахнул её настежь. – Спасибо за визит. Приходите ещё.

Андрей и Виктор молча вышли из дома. Спустились к машинам.

– Ты с ума сошёл? – прошипел Андрей, открывая дверцу своей «Нивы». – Это же алкаш! Ему сто тыщ хватит до конца жизни каждый день бухим ходить.

– Ты своего папу давно видел? – перебил приятеля Виктор.

– Две недели назад, – внезапно остыв, ответил Тарасов.

– А я сегодня утром у своего на могилке был, – глядя в сторону, сказал Виктор. – Только там никто не лежит. Просто памятник. И какая-то падла цветы ворует. Выкапывает и уносит. Мать из-за этого очень переживает.

– Всё равно, – поморщился Андрей, – будь аккуратнее. И если что, мне сообщай. Я подстрахую.

– Ну, мне-то не двенадцать лет, – улыбнулся Виктор, – мог и не напоминать.