Клан Ито. Возвращение

Желаете, чтобы я принесла сюда?

– И ты туда же? – я наигранно закатил глаза. – Давайте без этого пафоса.

– Что значит «и я туда же»? – ревниво переспросила Иоко.

– Я всё расскажу, но будет лучше, если к этому моменту мой желудок хоть чем-нибудь наполнится.

– Ну, хорошо, – она смешно надула губки. – Жди меня здесь и никуда не выходи. Тебя могут заметить.

* * *

Всё, что принесла Иоко, я проглотил буквально за несколько минут, запив всё вишнёвым соком. Намного лучше воды из дождевой бочки. Но об этом я решил умолчать и никому никогда не рассказывать.

Женщина смиренно сидела напротив и с любопытством наблюдала, как нехитрая еда исчезает с посуды.

– Я не ел пару дней, – признался ей, когда решил перевести дыхание. – Но так было нужно.

– Так что всё же произошло? – вновь спросила она.

– Интересная история, – хмыкнул в ответ. – Запутанная и малообъяснимая.

– Тсукико…

– Хорошо, хорошо, – я отложил рисовую лепёшку, вытер руки о плащ и уселся поудобнее. – Всё не совсем так, как кажется.

– Сына Ватанабэ Изао? – изумилась женщина и прикрыла рот ладошкой.

– Угу, того самого, – кивнул я. – Но ты же понимаешь, что я не хладнокровный убийца. Это был несчастный случай.

И рассказал всё, что произошло в тот злосчастный вечер. О малышке Ай, о неудачном шаге наглого парня, о силах Изао. И закончил побегом из тюрьмы и катанием на лохматой спине джёрё.

– А потом забрался сюда, – кивнул на чердачное окно. – Но почему оно открыто? Разве ты не боишься, что кто-нибудь заберётся?

Иоко довольно улыбнулась.

– Об этом попросила Рангику. Сказала, что вскоре ко мне могут наведаться гости. Она не стала уточнять, кто именно. Но я сразу подумала о тебе.

– Что ж, надо будет её поблагодарить отдельно.

– Успеешь, – в глазах Иоко блеснули искорки. – Но ведь я тоже заслужила благодарность?

– Конечно, – я поклонился ей. – Как только со всем разберусь, обязательно расскажу всем о твоей помощи. Думаю, Ито-сама будет рад это слышать.

– Да, – она смущённо опустила взор. – После того, что натворил Кента, наше имя запятнано.

– Кента, – пробормотал я. – Непривычно слышать его настоящее имя. Я привык называть его по фамилии – Сидзаки.

– Как ты пожелаешь, – женщина вновь посмотрела на меня голодным взглядом, от которого у меня по телу пробежались мурашки. – Но теперь мы твои рабыни. И его имя больше нам не принадлежит.