Лишний. Пробуждение

Вспомнилось, что, смотря из витрины, там была лужа.

Получается, что та блестящая линия – это вода, которой я управлял?

Стоило осмыслить это, как я развернулся и в который раз обхватил стажёрку за талию. Взмах руки, и от асфальта вверх устремились тонкие яркие линии. Я очень рассчитывал, что заклинание (или что бы это ни было) сработает, и надежды оправдались. Линии, словно длинные иглы, прошили противника насквозь. Он рухнул перед нами, мерзко вереща и дёргая всеми лапами.

Но не всё оказалось так гладко, ведь в ту же секунду боль почувствовал и я.

Коготь второго монстра прошил моё плечо насквозь, лишь чудом не зацепив девушку. Синие волосы взметнулись от порыва ветра. Я отпустил её и ухватился за окровавленную лапу твари.

Сука! – невольно пронеслось в голове.

Крови было так много, что на мгновение я испугался, не погибну ли я просто от её потери. Но тут же понял, что монстр меня скорее сожрёт, чем даст поваляться в алой лужице, корчась от мук.

Но вместе с этим появилась безумная идея.

Сжав чёрный коготь, активировал магию. По крайней мере, постарался. Капли крови в тот же миг кристаллизовались, превратившись в бордовые сосульки. А через мгновение, подчиняясь моей воле, вонзились в лапы противника, и закружились в безумном хороводе. Тварь за спиной взревела и дёрнулась назад, желая вырвать коготь, но я этого ей не позволил. Не разжимая пальцев, усиливал круговерть алых кристалликов, превратив их в подобие закольцованной циркулярной пилы, что с каждым мигом всё сильнее вгрызались в плоть монстра.

Но тот не сдавался. Он крутил мной в воздухе, желая сбросить. Я болтался, словно тряпичная кукла, ладони скользили, но я не мог вот так просто сдаться.

И буквально через несколько секунд послышался влажный хруст, и коготь оторвался от монстра. Он завопил мне в ухо, отчего я почти что оглох. Второй лапой ему удалось сбросить меня на асфальт. Боль от падения пронзила каждую клеточку моего тела. Однако пришлось открыть глаза, надо было закончить начатое.

– Эй, ты как? – ко мне подбежала синевласка и помогла подняться. – Охренеть! – она увидела рану. – Тебе надо…

– Потом, – огрызнулся я и вытянул руку.

Лишний тем временем успел успокоиться. Он со злобой смотрел на меня. Два полыхающих красных глаза в лошадином черепе косились то на нас со стажёркой, то на обрубок, из которого сочилась густая слизь.

– Что, неприятно? – усмехнулся я и кивнул на его почившего товарища. – Ему тоже не понравилось.