Дом Ростовых. Новая Тень. Том 3

 – Семёныч, всё слышал?

Моё поведение удивило полковника, но потом он кивнул с довольным видом.

– Да, Влад, – отозвался программист. – Будем ждать. Что нам ещё остаётся? Бегать я больше не хочу.

– Понимаю, – ответил я и вновь обратился к Ржевскому: – Хорошо, поехали, но только вдвоём.

* * *

К моменту нашего приезда Маша уже вернулась, и теперь они вместе с Семёнычем встречал нас у входа в ангар. Полицейская машина плавно остановилась, и полковник заглушил двигатель.

– Надо было сразу говорить, в какую глушь мы направляемся, – рычал он, открывая дверь.

– Я вас предупреждал, что многое не понравится, – улыбался я, выбираясь наружу. – И дорога будет первой из всех недостатков.

– Надеюсь, останется самой серьёзной проблемой, – отозвался он.

– Ну, здесь уже всё несколько сложнее.

Ржевский, как и обещал, никого с собой не взял, были лишь мы вдвоём. Навстречу шагнул Вагнер и распростёр объятия, будто собирался всех нас сжать в своих лапищах.

– Господин, полковник, – наигранно начал программист.

Ржевский внимательно нас осмотрел, а потом хмыкнул.

– Ну, насчёт ОПГ это я погорячился. Вы больше похожи на банду подростков.

– Не стоит нас недооценивать, – недовольно фыркнула Маша.

– Кстати, – он пронзил её холодным взглядом. – Это вы стреляли возле клуба?

Женщина замешкалась с ответом, но посмотрев на нас, неуверенно кивнула.

– Хороший выстрел, – усмехнулся полковник и двинулся вперёд, протянув моим приятелям руку.

– Смотря что вы предпримете, – Семёныч ответил на рукопожатие. – У нас, как вы понимаете, всё чисто.

– Серьёзно? – иронично переспросил Ржевский.

– Ну, в пределах разумного, постарался исправиться программист.

– И с этим тоже найдутся проблемы. Ладно, пора бы вам уже рассказать мне всё, что известно. Но желательно не здесь.

* * *

Мы разместились в подземном зале. Семёныч, как всегда, умостился на своё кресло, Маша стояла рядом с ним у компьютерного стола, полковник расположился на диване, а я стоял лицом ко всем и рассказывал то, с чего всё началось.

А начал я издалека. С того момента, как почувствовал Абсолют после избиения около школы. Естественно, говорить о прошлой жизни не собирался. О телефоне с приложением тоже.