Дом Ростовых. Новая Тень. Том 3

А потом? В сорок, пятьдесят лет? Или они надеются быть молодыми вечно. Увы, вынужден их огорчить, Святого Грааля не существует. Поэтому в первую очередь надо оставаться человеком. Да, с красивой задницей, но и душой, которая зачастую может приманить к себе гораздо сильнее, чем все сексуальные прелести.

Мысли пролетели, словно скоростной поезд. Вот только что были, и уже их нет, будто и не размышлял о «вечном».

– Успокойся, никто из моих людей её не тронет, – ответил я, выпрямившись. – Моисеенко здесь?

– Недавно пришёл, – сказал мой «язык».

По спине пробежали мурашки, стоило вспомнить, к чему именно готовится нотариус. Столь известная в своих кругах личность и…

– Хорошо, – я кивнул парню. – Проводи меня туда и можешь бежать на все четыре стороны. Думаю, мы тебя больше не побеспокоим.

– Хотелось бы верить, – недовольно пробурчал тот и, поманив меня рукой, двинулся по коридору вперёд.

* * *

Тринадцатая кабинка всегда манила Моисеенко своим дьявольским числом.

Комната была небольшой, но здесь уместились диванчик, массажная кушетка с отверстиями для лица и кое-чего другого в области паха, а также высокий цветок, стоявший в вазе в углу.

Когда тихонько скрипнула дверь, гость уже подготовился. В слабом красноватом свете всего лишь пары ламп под потолком, он увидел силуэт парня.

– Ох, – простонал нотариус, лёжа на кушетке, подперев голову рукой. – Ты новенький?

Он не смог рассмотреть моего лица, так как оно до сих пор оставалось в тени. К своему разочарованию мне пришлось раздеться почти что догола. Двое верзил, стоявших у дверей, ведущих в вип-кабинки, не собирались никого пропускать в одежде, даже если это был гость. Таковы условия, которых я, к сожалению, не понимал. А мой провожатый быстренько смылся, сказав им только то, что я к Моисеенко.

– Может, покажешь мне всё, что спрятал? – нотариус сполз на пол и опустился на четвереньки. На нём было короткое белое платье, и пышный парик. Губы в помаде, под глазами тушь. Наверное, он хотел казаться доброй феей, но по факту получился старый пидорас. – Я готов сделать ради этого, что угодно, только скажи, – он медленно приближался ко мне.