Под крылом ворона

– Если она вообще хоть немного понимает то, что говорит.

Эндрю тут же нахмурился. Именно он нашел мать, которая ползала в спальне и водила пальцами над кровавыми разводами на дорогом паркете, шепча что-то совсем невразумительное. И это потрясло его куда больше, чем гибель отца. Правда, мать говорила, что это было лишь временное помутнение, но до сих пор порой произносила то, что Кристофер не мог понять.

Теперь, под грохот дождя, трое младших Уолтонов в молчании пили дымчатый абсент и надеялись, что их больше никто не тронет.

– Как твоя группа? – спросила Мари. – Когда концерт?

– О, отлично! Через пару недель выступаем. Но вы не обязаны каждый раз приходить.

– А мне нравится твой голос! И Кристоферу тоже, пусть он никогда не признается.

– Но я всегда готов получить твой автограф.

– И продать его на ebay? – ехидно спросил Эндрю.

– Рано еще! Вот будет платиновый диск, тогда…

– Ладно-ладно, а как насчет «Рейвен пост»? Вы еще не разорили отцовскую компанию?

– Мы очень стараемся, – подмигнула Мари и начала готовить вторую порцию. – Кристофер сейчас как раз обсуждает один проект с инвесторами, а я планирую доставку посылок к Рождеству. И мы запускаем новые открытки! Хочешь взглянуть?

– Эти открытки уже везде в офисе, – закатил глаза Кристофер, – но классные, правда.

Они проговорили допоздна, обсуждая последние новости. Мари показала макеты открыток, Кристофер рассказал про новый филиал, а Эндрю признался, что соскучился по матери и пора бы им устроить набег к ней домой. Обязательно всем вместе!

Разошлись, когда Эндрю уже положил голову на скрещенные руки и медленно моргал, и даже спросил, есть ли в этой огромной квартире хоть одна комната для младшего брата.

Когда Кристофер проводил его, то увидел, что Мари с бокалами переместилась в гостиную на диван к низкому журнальному столику.

С рассыпавшимся по спине волосами и в наброшенном на плечи темно-алом пледе она напоминала ведьму во время ритуала. И даже зажигала тонкие ароматические палочки с удивительной сосредоточенностью.

Кристофер сел рядом, чувствуя тепло ее тела.

– Я боюсь за него, Крис.

– Очевидно, что он за себя нет.