Под крылом ворона

Рынок вообще-то не был рынком, просто название так давно устоялось, что никто не менял. Это просто было место встречи со всеми, кто предпочитал колдовской мир современному и не гнушался всеми удобствами цивилизации.

Поежившись от сырости, Мари с досадой подумала, что тонкая органза с россыпью бусин, конечно, красива и сочетается с кружевом перчаток, но в ней весьма зябко. И обрадовалась, когда увидела Одетт около эзотерического магазинчика. Драная сетка колгот, короткая юбка с заклепками и вязаная кофта с пришитыми перьями, пуговицами и лентами.

Взгляд вечной девчонки, которому не стоило верить. Ведьма, умеющая менять свой облик. Мари помнила ее такой, еще когда мама привела ее на рынок. К удивлению многих, они стали хорошими подругами и часто встречались на рынке просто поболтать. Или прогуляться по тихим улицам.

Именно Одетт когда-то научила ее пить абсент, а Мари потом с гордостью показывала удивленному Кристоферу, хоть тот и не проникся.

– Тебя давно не было, – хрипловато проговорила Одетт.

 – Пришла узнать новости?

– Бродят слухи о Красной Охоте.

Мари не стала ходить вокруг да около, зная, что подруга этого не любит.

– Если ты только за этими новостями, то даже не знаю, обрадуешься ты или огорчишься. Но Охота и правда началась.

– Почему же я должна обрадоваться?

– А кто сказал, что Охота – это зло? Или ты, как и все, веришь в те истории про резню и улицы в крови? Охота не про убийство колдунов, а про пробуждение древней магии. Рано или поздно такое случается.

Этого Мари и правда не знала, как, наверное, и Кристофер. Одетт она доверяла, у той был четкий принцип – говорить правду. Никаких скользких ответов или недомолвок, но не всем это нравилось.

– Значит, кто-то пробуждает древнюю магию? Зачем и как?

– Этого не знаю. Как и охотников, но все уже на ушах стоят. Лоусоны даже прием устраивают через несколько дней.

– О, я не знала.

– Вас там точно ждут. Может, прислали приглашение твоему брату.

Лоусоны больше других чтили свою принадлежность к колдунам и выступали посредниками между теми, кому ближе таинства и ритуалы, и миром технологий и бюрократии.

Их услуги пользовались популярностью, но между ними и Уолтонами всегда шла негласная борьба.

Отец никогда не выставлял напоказ ни свой достаток, ни колдовство, а вот Лоусоны любили устраивать красивые вечеринки с налетом напускного аристократизма и пафоса.

Но сейчас это было удобно – собраться вместе и обсудить новости.