Под крылом ворона

Хотелось курить, но он не рискнул – мало ли как здесь работает пожарная сигнализация. Невольно поправил дорогие часы на запястье и пригладил пятерней и так уложенные волосы.

Кожаную куртку все-таки стоило оставить в машине – сейчас в ней было даже жарко. Кристофер стянул коричневые перчатки и на секунду прикрыл глаза, ощущая, как его окутывают чужие эмоции: эйфория, радость, непринужденное веселье, влечение. От них слегка закружилась голова, и Кристофер поспешил отгородиться. Depeche Mode сменились на Rasmus, на барной стойке быстро выставляли линейку шотов.

Кристофер не помнил, когда последний раз был в клубе, разве что на последнем концерте брата около месяца назад. В свои двадцать шесть он куда больше времени проводил в офисе семейной компании по транспортировке грузов, правда, еще помнил, каково это – слизывать текилу с обнаженной груди девушки в коротких кожаных шортах.

Сейчас солидность в нем сочеталась с семейным колдовством. В вороте выглаженной рубашки с запонками виднелась татуировка костей в корнях дерева, а в одном ухе болталась сережка в виде кинжала.

Всегда две стороны. Бизнесмен, который уверенно ведет дела отцовской компании, и колдун, владеющий эмпатией и ритуалами, которые не очень-то любил. Тот, кто может размазывать чужую кровь по собственной коже и проникать в чужие мысли. Или безжалостно вонзить кинжал в живую плоть при малейшей угрозе. Клинок семьи Уолтонов.

Эндрю возник из полумрака, и Кристофер невольно подумал, что из них троих с сестрой именно младший брат больше всего похож на вороньего колдуна, только татуировки с крыльями не хватает – пусть руки и забиты от запястий до локтей.

Он подходил этому клубу и сочетался с темнотой и вспышками света или трубами, которые шли под потолком. В черной одежде с неровными краями, густо подведенными глазами и бледной кожей. Сейчас даже сложно было сказать, что они братья. Высокий и крепкий Кристофер и более хрупкий Эндрю.

– Кристофер? – брат вскинул брови в удивлении.

– У Мари было видение про тебя. Пожалуйста, давай поедем домой.

– Ого! Конечно!

Эндрю тут же засуетился. Протиснулся к столу, чтобы попрощаться, вытащил свой рюкзак из груды наваленных сумок в углу, поцеловал в щеку девушку в полосатом корсете. Здесь была его среда и жизнь, полная музыки, ритма и тех, с кем можно было обсудить выход нового альбома любимой рок-группы.