Генетический шторм

Большая площадь перед центральным входом с белой разметкой асфальта была почти девственно пуста, лишь два джипа стояли поодаль – маленький «Дастер» и большой белый «крузак-двухсотка». А возле самого входа – игриво-зелененький «бэтр», причем не восьмидесятый – хреново мент Степанов лакшит в «военке», – а раритет, где только взяли: БТР-60 ПБ с открытым верхом. Пулемет развернут на дорогу, но уже не на мост, а в сторону Абхазии.

На второй дуге висят какие-то цветные тряпочки, трусы, что ли, сушат? Артисты.

Один боец с автоматом за спиной сидел на борту, этот в мою сторону и глазом не повел – настойчиво крутил в руках маленький радиоприемник, пытаясь выжать из эфира что-либо не шипящее.

Под «броней» стояли два стула, вытащенных из универсама, на них сидели двое. Один что-то быстро сказал в рацию, еще раз глянул на меня и уточнил – ясно, их уже предупредили, молодец, Степанов:

– Ты, что ли, смотритель местный?

– Ага, положенец… Гарик Залетин.

Он вытянул из нагрудного кармана блокнотик, заглянул:

– Енисейский, так?

Во дают.

Я кивнул.

– Лейтенант Мокшанцев, можно просто Валера, – сказал он, протягивая руку.

– Служил со мной в роте Мокшанцев, – вспомнилось мне давнее.

– Из Мордовии? – сразу оживился командир и, дождавшись подтверждения, добавил: – Кто-то из родни, у меня родни много. Но ты удостоверение все равно покажи, порядок, сам понимаешь…

В этот раз я достал и развернул ксиву уже ловчей, почти привычно.

– Что-то будешь набирать? Нагребай.

– Лимиты есть?

– Да никаких лимитов, мы ж разумные люди.

Только учти, эскалатор на второй этаж не работает. Хотя там подъем не особо крутой, вкатишь.

После такого резкого предложения я крепко задумался. Прокол! Поехать-то поехал, а вот что нужно набирать, не совсем в курсе, не поинтересовался. Снабженец, на… Нахапаю щас дурного, потом бабы мне голову отвернут. Что-то не подумал, плохо.

– Телефон городской у тебя пашет? Заявки сбить не успел.

– Сразу после дверей, слева… Слушай, Гарик, а ты че, без ствола гуляешь по участку?

Я почувствовал, как белеют от злости скулы.

Он тоже… увидел и сделал шаг назад:

– Ты че, парень? Я ж пошутил! Брякнули уже менты по трубе, просили помочь.

– А то, что уже достали вы с этим вопросом, такие заботливые! Просили его… Нет ствола, только револьвер. – Я распахнул джинсовую куртку.

Совершенно неожиданно для меня глаза летехи округлились.

– Это что, «наган», что ли?

– Он самый, менты помогли.

– Дай посмотреть.