Антигеймер

Он сказал так: «Толкиен – это жировик на заднице фэнтези-литературы. Его творчество тяжеловесно и заразно – вы не можете его игнорировать и даже не пытайтесь это сделать. Всё, что вы можете, – это осознанно выдавить фурункул. У него масса того, что можно не любить, – его помпезность, его мальчик, который победил в войне, его зашоренность, его реакционная любовь к иерархичности в обществе, его вера в абсолютную мораль, его политические сложности. Клише Толкиена – эльфы, гномы, кольца власти – распространились подобно вирусу.

Он писал, что назначение фэнтези «утешение», а это привело к мнению, что фэнтези-авторы должны баловать своих читателей».

Я тупо молчал. В голове не укладывалось – как можно безапелляционно гнобить Светило Всей Фэнтези?!

– Только у нас ведь Мьевиля не читают. Вот и лезут на радостях в толкиеноподобный сектор – дорвались до бесплатного! Нет бы в наш, отечественный, привычный с бабушкиных сказок… Как на убой лезут, даже продуктов на всех не хватает, постоянно идёт новая заявка в Усть-Попадонск на рыбу… А раз много народа, значит, много и монстрятины.

Смотрящие их вкидывают пропорционально, не учитывая, какой процент потенциальных бойцов летит в пузырях, сразу на всех заказывают. Понял теперь, почему я Эльфятник не люблю? Короче, ты для начала в соседскую Зону пойдёшь.

– К сталкерам, – уточнил я.

– К ним, чертякам озорным! Задание, Стёпа, несколько сложное, но интересное, там забавные дела творятся в последнее время, нужно провести необычное журналистское расследование, материальчик собрать.

Понял?

– Понял, товарищ главред.

– Михаилом Семёновичем меня зови, если Арбуз пугает. Смотрю, револьвер у тебя серьёзный, внушительный – это правильно. Ладно, идти надо, праздник у жены. – Он ухватил перевязанную ленточкой коробку и встал из-за стола. – Давай пока.

И ушёл.

А я остался. Оглянулся, заметив одобрительный взгляд притихшей Веры, неловко улыбнулся, кивнул в ответ и побрёл на двор, доставая из кармана новую зажигалку.

Первая сигарета.

Интересно, что на всё это Герцог скажет? Почему-то важно стало.

Глава 4

Зона и её пленники. Работа спецназ-журналиста в реальности Рассадника

Как же повезло тебе, Стёпа, попал в крутую фирму!

Это действительно уникальный случай, Большой Шанс.

После того как я получил последние инструкции, касающиеся поведения в Зоне, Михаил Семёнович безмятежно произнёс:

– Держи ключи от редакционной ласточки, зверь, а не машина.