Антигеймер

Неподалёку размещаются сразу три магазина, в том числе и «Вундервафля» (или просто «вафля») – это оружейный. Хозяина зовут Пьеро, или Перо, – он действительно бывший наёмник, из Иностранного легиона, во всяком случае, сам на этом настаивает, всем пофиг. Однако связываться с ним опасно, мужик реально крутой. Оружейный магазин принадлежит его брату, днём он в «вафле», а вечерами в кабаке, помогает родственнику.

– Французская школа сказывается на характере меню, салатики у воина что надо, – облизнулся Вудсток.

– Не только салаты, там и пицца неплоха, – Лысый тоже бросил три копейки.

Это зачётное, пиццу я люблю, всегда на дом заказывал.

В целом рассказ меня успокоил: приличный городок, раз такие кафешки имеются. Но пилюля радости была тут же разбавлена горьким сиропом: объективно все вышеуказанные заведения несколько дороговаты и регулярно доступны лишь хорошо работающим горожанам, коих не так уж и много.

Ограниченно допустимые к юзанию объекты общепита тоже есть, но тут уж дело кошелька и личных перверсий, кому и тухлые яйца нравятся. Есть, например, целых три пельменных, что неудивительно, в литературе пельмени в постапхарчевнях упоминаются часто. Наиболее приемлемые пельмешки, хоть и самые дорогие, подают в заведении «Пельм и Шок». Две другие таверны – поставщики еды самого низкого сорта, для определённого слоя конкретных неудачников.

– Заходить туда лишний раз не стоит, замаешься от попрошаек отбиваться, да и желудок загонишь.

Интересна кофейня «Гордон Фримен», кофе там зашибательский, яичница с гренками по утрам, а вот днём желудок не успокоишь, отобедать нечем: чисто уютное место для вдумчивых людей.

– Чудак хозяин, – охарактеризовал владельца Вудсток, жёстко заменив первую букву. – Какая была необходимость так называть простую кофейню? Столько людей теперь не могут взять любимое погоняло, заветные слова заняты!

Все остальные забегаловки городка остались без особых рекомендаций со стороны моих новых знакомых, я так понял, что в большинство и соваться не стоит, если здоровье дорого.

– Посылки, что ли, приходят? – изумился я.

– Зачем посылки? – цыкнул выщербленным зубом партизан Коля.