Жестянка

В нарисованную нашими ожиданиями картинку предстоящей экспедиции добавились новые краски. Прислушавшись к советам Фомы, оружием мы решили не перегружаться. Поначалу Пикачёв хотел на время выпросить вторым стволом «колчак», а я двустволку. После инструктажей от бывалых Спика заявил:

– Не буду винтарь просить, хватит и помповухи.

– Ты уверен? – спросил я.

– Не, ну а чё? Мы же не на охоту едем, почти постоянно будем на воде. А ты прикинь, что со мной сделают, если я «колчака» утоплю? Рыбачить не смогу спокойно.

– Гм-м… И то верно, – я тоже задумался. Перспектива по глупости утопить в желтоватой воде Дуромоя драгоценный автомат действительно пугала. Положа руку на сердце, нужно признать, что в водном деле мы новички безусые. Лодка незнакомая, навыков управления и рыбалки с борта у обоих пока что мало, хотя я ничуть не сомневался, что они сформируются очень быстро.

– И что мне делать, не брать «ксюху»?

– Лучше дробовик не бери, моего «ремингтона» на всю утку хватит, – посоветовал напарник.

На том и порешили.

Особых опасностей я не видел. Перевернёмся? Выплывем, на воде держимся уверенно. Идти нам не по берегу, хищники беспокоить не будут. Речной змей? Посмотрим, что это за тварь, добудем обязательно, «угорь» в столовском меню действительно очень вкусный. Вот страшный членогрыз… Впрочем, по трезвому размышлению, я всё же решил членогрыза занести в базу по разделу баек и страшилок.

Слухов и баек во всех общинах Жестянки великое множество, накопилось подобного со временем. На первом по частоте упоминания месте, вне всякого сомнения, стоят байки о Мёртвом городе. Людям хочется узреть давно позабытую урбанистику, потрогать рукой бетонные многоэтажки, пусть и заброшенные. Это некий символ и надежда. Они верят, что в таинственном Мёртвом городе можно найти не только изобилие ништяка, но и ответы на многие вопросы.

Второе по популярности в обывательской болтовне место смело можно отвести Черным горам. И пока кто-нибудь из спасателей не окажется в тех краях, слухи об этом хребте будут только множиться. Думаю, что это первый объект, который можно разъяснить. Вон они, горки эти, видны почти с любой точки Пятисотки, дело только в волевом решении Казанникова. А уж мы исполним.