Путь на Кристу. Закрытые воды

– Убили!!! – истошно заорал следопыт. – Убили!!! Ур-ря-а-а!!!

Зверь рывком отскочил назад, зашатался, кусты сомкнулись, после чего я явственно услышал тяжкий звук падения грузного тела на грунт. Вот так вот…

Я почувствовал – этот дикий зверь был главной опорой и надеждой мрачного древнего леса, его непобедимой силой и гордостью, на нём всё и держалось. И он пал от моей всесокрушающей пули. Они убиваются! Ничего, ничего… Это нормально! Дальнейшее житиё в этом мире представилось вполне возможным, а в эти секунды торжества победителя даже роскошным! Потому что никто и ничто не может противостоять человеку с ружьём! Моё сердце, чувствуя полное освобождение от минутного страха, вновь открылось окружающему миру – ровному шуму текущей воды, шелесту листвы и затихающим крикам отлетающих в панике птиц.

Топ! Хлоп!

– Что случилось! Кого убили?! – заревел появившийся в рубке капитан, в руках которого дрожало ружьё.

Я медленно покачал пальцем у него перед носом, показывая, что мне надо бы успокоиться, подышал несколько раз, а уж потом, как мог, описал ситуацию, зверя и первые выводы.

– Точно, хищник! – убеждённо крикнул с крыла мостика Самарин, через прицел разглядывая заросли. – Говорите, ни на кого не похож?

Покачав головой, я сел на стул. Адреналин бурлил. Вот это охота!

Тут комфлота обратил внимание на постороннего в рубке.

– Так, а что здесь эта мелочь пузатая делает? Па-ачему не в камерах? Где боцман?! Щас… А ну-ка брысь в каюту!

– Подождите… Жарко же в каютах.

– Детворе на виду опасно, – упёрся капитан.

– Да не обойтись без них, Илья Александрович. Вахты придется стоять, может, и не по двое, а по трое. Людей мало.

– Мало… – вздохнул он, всё ещё уклоняясь от прямого ответа.

– Поставим наблюдателями, пусть у коридорных дверей сидят, что ли, внутри.

И шеф сдался.

– Так, шкет, как тебя зовут?

– Лёха! – бодро тявкнул пацан.

– Дуй, Леха, к своим. Настоятельница ваша всё ещё в санчасти, так что бери двух пацанов и идите на верхнюю палубу. Вас же трое орлов? Стулья возьмёте в музкомнате, воду у боцмана. Бинокль держи, старенький, но добрый. Двое смотрят по берегам, третий – посыльным, если что! Потом меняетесь.