Альгардская ночь

– А ну пусти меня, чуряк окаянный, меня там друг ждет! – Ульф попытался защитить свой зад от очередного пинка. Это оказалось не просто, будучи пойманным за шиворот. Отлетев на пару шагов, он встал и злобно уставился на лакея.

Молодой опрятный мужчина с безупречной выправкой в красном фраке и белых перчатках горделиво отвернулся от проходимца, не удосужив того ответом. Ульф, подобрав подвернувшийся камень, хотел было наградить им обидчика, но сдержался. Он уже начал жалеть, что сжег всех крыс, а не припас парочку для этого петуха.

Ульф так и ходил взад-вперед, раздумывая как прорвать эту оборону. Он уже и забыл о том, что вообще не хотел сюда идти – сейчас им двигало лишь желание «победить» в брошенном ему «вызове».

– Эй, пацан… – Внезапно обратился к нему лакей. – Как зовут твоего друга?

– А тебе-то что? – Недоверчиво прищурился Ульф. – И ему пинка отвесишь?

Лакей вздохнул, но сдержанно продолжил:

– Не дело тебе перед таким заведением ошиваться.

Ульф несколько секунд оценивал результат своего упорства, не решаясь назвать его «победой». Впрочем, и «поражением» это не было, а так как ничего лучше метания крыс он не придумал, все же ответил:

– Вирис его зовут… И передайте ему, чтобы катился в канаву со своим Красным Домом.

Недовольно шмыгнув носом, Ульф побрел в гильдию наемников, как вдруг неуверенный голос его остановил:

– Одну минуту, сударь.

Когда удивленный парнишка обернулся, в руках лакея уже звенел колокольчик. Массивная резная дверь распахнулась, выпуская мелодичную струнную музыку из залов заведения. На пороге появился лакей в одежде попроще. Он держался так же строго, как и тот, которого Ульф прозвал петухом.

– Передайте господину Вирису, что сударь Ульф прибыл.

Второй лакей, кивнув, убыл исполнять распоряжение, а парнишка, услышав свое имя, догадался, что Вирис все-таки удосужился предупредить петуха о его приходе. На секунду, в его голову закралась мысль, что ушибов на заду можно было бы и избежать, объясни он сразу лакею что к чему. Но Ульф быстро отмахнулся от нее: «Петух – он петух и есть: весь в красном и пинается!»

Не прошло и минуты, как массивная входная дверь снова распахнулась. На пороге появился Вирис.