Антибункер. Навигация

Шухер! Тревога личному составу голоногих носителей труселей! Чёрт, ведь чувствовал же я что-то, северным сиянием клянусь, хотел мокрые напялить! Лихорадочно гоняя в голове эту мысль, я и сам не заметил, как подтянул автомат.

– Нет, ну ты вообще обалдел!

Руки сами собой подтянули за шнурки второй ботинок, пальцы заученно, на рефлексе, взялись за работу. Надёжно так, не халтуря. Отлично. Теперь штаны не надеть, берцы мешают.

А времени на переодевание с переобуванием уже нет.

Почему несколько раз хрустело? Потому что пришелец по дереву лезет.

И не поднимается по нему, ясное дело, а спускается. Ветки пробует на прочность, а они не держат, значит, гиббон проник здоровый. С забора перебирается на дерево. А почему сразу не спрыгнет? Острые пики гиббону мешают, кованые, четырёхгранные. Там мастера здешние такую страсть ковано-заострённую в периметр насажали, что мама не горюй, лично я бы не рискнул.

– Шибко рисковый, что ли?

Здоровый и рисковый гиббон.

Это плохо.

Полез через забор, значит, недалёкий, а вот это хорошо.

Нацепив ремень с кобурой и ножом, подхватив автомат за антабку, я метнулся в гостиничный номер к пластиковому окну, сразу снимая с запора большую створку. Выглянул – не видно нужный сектор, зараза! Кроны мешают. Не размышляя, я выкатился из номера, но дверь ногой всё-таки придержал, чтобы не хлопнула. Очень хорошо, что везде постелены длинные пушистые ковры, топотни не будет. Я дикой кошкой нёсся по лестнице вниз, и со стен на эту пробежку неодобрительно посматривали то овальные зеркала, отражающие васильки на моих трусах, то какие-то модные сюрреалистические картины с природными пейзажами и портретами.

Со стороны улицы и скверика в главное здание не попасть, такого варианта вторжения можно не опасаться. Я всегда закрываю все четыре входа со стороны Судостроительной, включая ресторанный. Только с битьём окон, но это слишком беспардонно, смело даже для пустого города.

Через полминуты я был внизу, замирая для прослушки перед выходом из фойе со стойкой регистрации в просторный внутренний двор с дорожками, ведущими к набережной и резным шашлычным беседкам. По бокам ко внутренней террасе парадного входа поднимались двойные встречные пролёты, прямо Петергоф, сплошной мрамор. Коробки я складировал именно в ресторане, вот здесь, возле внутреннего входа, чтобы при погрузке не считать лишние ступени.